— Да, товарищ Серегин, знакомая, — подтвердил я и тут же спросил: — А что, без этой межфракционной борьбы, будь она неладна, никак нельзя?

— На вашем уровне развития цивилизации — никак, — ответил мой собеседник. — Для этого надо видеть людей такими, какие они есть на самом деле, а не такими, какими хотят казаться, и отбирать в органы власти только правильных честных людей с развитыми талантами управленцев. Люди, с которых я беру пример, подняли на недосягаемую высоту институт социоинженерии и профориентации, и, несмотря на то, что у меня немного другие методы, вам придется брать пример именно с них. Впрочем, как мне кажется, мы отклонились от основной темы, точнее, забежали вперед. Давайте я вам расскажу всю свою историю от начала до нынешнего момента, а вы не будете перебивать меня разного рода риторическими вопросами, ибо все целиком вам станет понятно только в конце повествования.

— Товарищ Серегин, скажите, зачем вы со мной так возитесь, рассказываете все эти политические премудрости и пытаетесь убедить, вместо того, чтобы просто приказать, ведь товарищ Сталин прикомандировал меня к вам в полное подчинение? — спросил я.

— Вы, товарищ Котельников, истинный Защитник Отечества, а значит, в полной мере достойны моей защиты и опеки, — ответил мой собеседник и глаза его сверкнули бело-голубым огнем. — Кроме того, я выпросил вас у товарища Сталина, чтобы назначить на важную и ответственную должность, так что воспринимайте мой рассказ как инструктаж перед заступлением на пост. Итак, слушайте: родился я в тысяча девятьсот восемьдесят первом году…

Надо сказать, что рассказ товарища Серегина длился даже несколько дольше, чем время полета до космического корабля, который, как оказалось, вращался вокруг Земли. К концу разговора я был уже достаточно подготовлен для того, чтобы, не дрогнув лицом, пожать руки двум темноэйджеловским пилот-лейтенантам, которые и управляли средним транспортным челноком. Я советский человек, а значит, должен быть выше разных национальных и расовых различий, тем более что и товарищ Серегин придерживается того же принципа. Более того: каждому, кто готов разделить его цели и задачи, он говорит: «Я — это ты, а ты — это я», приводя, таким образом, этих людей в состав своего Воинского Единства, где не злословят, не предают, не бьют в спину и всегда поступают только по совести.

Начинал товарищ Серегин свой путь по мирам с восемью подчиненными, как обычный капитан армейского ОСНАЗа своего времени, зато на уровне нашего мира в его подчинении оказалось больше полумиллиона бойцов и командиров при боевой технике и средствах огневой поддержки. А еще есть какой-то там космический линкор планетарного подавления, который сам по себе и есть Четвертая Галактическая империя. Отдельно надо упомянуть совсем недавно обретенных в его Единство темных, серых и светлых эйджел, которые сами по себе — отдельное оружие страшной разрушительной и созидательной мощи.