Открутив крышку, я плеснул в неё немного жидкости из флакона и бросил туда извлечённый чип. Подождал пять минут для верности, извлёк его и промыл под проточной водой. Затем снова полил на него дезинфектантом и только после этого решился поместить его в себя.

Прежде чем сделать прокол, я выудил из мусорницы другой осколок и, сделав им надрез на коже, бросил в ранку крохотное устройство. Интерфейсу подсказки не требовались, он прекрасно слышал наш разговор с Дашкой. И как только чип заработал, наниты моментально установили с ним соединение. Иконка удалённого доступа для Дашки уже давно закрепилась в часто используемых программах, так что с подключением тоже вопросов не возникло.

«Есть, — буквально через минуту отозвалась она. — Я в тебя вошла».

— Звучит немного пошло, — пошутил я.

«Дурак…» — тут же вернулось сообщением.

В моём понимании сейчас ничего не происходило. Я всё так же стоял в ванной перед зеркалом — и всё. Ни бегущих строк, как это происходило, когда мы отстраивали моих нанитов, ни каких-либо других физических ощущений. Просто тишина и полумрак. Слышно только, как капли воды ударяются о раковину.

«Готово, — всплыло сообщение через пять минут. — Я сняла образ с паспорта и перенесла его к тебе. Проверь, он должен появиться».

— Да, есть, — подтвердил я, прокрутив список паспортов. — Всё сработает?

«Да, с этим проблем не будет».

— А с чем будут?

«С биометрией. Данные по отпечаткам хранятся в центральной межведомственной базе. Увы, но к ней у меня доступа нет. Если тебя попросят подтвердить личность отпечатком или сканом сетчатки глаза — ты попал».

— Ясно.

«Я могу это исправить», — внезапно ожил интерфейс.

— Как именно?

«Что? — переспросила Дашка. — Я не поняла».

— Это не тебе.

«В смысле? У тебя там ещё кто-то есть?»

— Я разговаривал с интерфейсом.

«Нормально! — Возмущение я почувствовал даже через буквы. — И как давно вы с ним общаетесь?»

— После экзамена по групповой тактике. Тогда в меня попали, в ногу…

«Я помню».

— С нанитами что-то произошло. Они отключились. Ну, в тот момент я так думал. А потом узнал, что они ушли в перезагрузку. И когда снова включились, интерфейс начал со мной разговаривать.

«Голосом?»

— По-разному. Но чаще всего текстом.

«И когда ты собирался мне об этом сказать?»

— Да я как-то не подумал…

«Грех, вообще-то, мы команда. Я должна знать о том, что с тобой происходит».

— Со мной всё в порядке.

«Надеюсь. Ладно, после поговорим. Можешь извлекать чип Трошина. Он тебе больше не нужен».

Я понял, что Дашка обиделась, но не понял почему. Чувствовал я себя хорошо, никаких проблем с интерфейсом не испытывал, даже наоборот, всё стало гораздо проще и удобнее. Наниты теперь автоматически подстраивались под мои пожелания. Не нужно было больше тыкать по иконкам, переключая режимы. Так что благополучием команды я не рисковал.