— Так точно! — в едином порыве прогремел класс.

Шутить на тему помады больше никому не хотелось. Такого сурового подхода у нас не было ни в одном из предметов. Мы легко могли завалить стрельбу и даже рукопашку, и никто бы нас за это не отчислил.

Майор ещё долго рассказывал о различных методах изменения внешности. О ярких пятнах в одежде, которую в одну секунду можно скинуть, превратившись в типичную серую массу. Здесь он как раз продемонстрировал ту самую бородавку, назвав её акцентом отвращения. И был прав, ведь за ней мы даже не заметили, что на лице майора не было дополнительного грима. Да, возможно, к концу урока мы бы почуяли неладное, но первичное внимание она точно отвлекла идеально.

Затем мы долго и упорно пытались изменить разрез глаз при помощи кусочка пластыря телесного цвета и тонального крема, который можно достать в любом магазине косметики. Майор специально настоял, чтобы мы попробовали изменить внешность при помощи легкодоступного средства.

И точно так же, как и на занятиях по стрельбе, Михеев никого не оставил наедине с собой. Вначале он показал, каким образом мы должны клеить пластырь, чтобы он не влиял на мимику, а только изменял черты. Затем лично подошёл к каждому и объяснил, куда смотреть, на что обращать внимание и как правильно определить такие места на лице.

А пока мы пыхтели, пытаясь повторить то, что у майора вышло лёгким движением руки, он рассказывал нам о том, насколько это древняя наука. Когда и при каких обстоятельствах она зародилась. О том, как она веками шлифовалась, доводясь до совершенства, и что важна любая деталь, в особенности — соблюдение симметрии.

Я слушал майора и впервые за долгое время чувствовал нечто похожее на азарт. Не тот, что охватывает перед боем, когда кровь закипает от адреналина, а другой, холодный, расчётливый. Тот, что заставляет мозг работать быстрее.

Маскировка. Изменение внешности. Наука, которую веками шлифовали шпионы, диверсанты и агенты всех мастей. Я приклеивал пластырь на веко, стараясь изменить разрез глаз, и думал: ведь это именно то, чего мне не хватало. Боевой интерфейс, скорость, сила… Всё это делало меня опасным противником, не более. Но каким бы крутым я ни был, при этом всё равно остаюсь заметным. А значит, меня можно вычислить, отследить, поймать. Тот же, кого невозможно узнать — неуязвим. В здание можно войти одним человеком, выйти совсем другим, а в космопорт явиться третьим. И никто, никогда в жизни не свяжет этих троих и не отследит до реального человека. Того, кто скрывался под гримом.