Последний поворот тропы, и мы на открытом пространстве. Я вижу приземляющегося дракона и Торна, стоящего перед ним. Наш следопыт успел перехватить взлетающего Ариана и сейчас отчаянно чихает, потому что крылья дракона при посадке подняли в воздух красное облако пыли.

Я невольно робею, когда золотистая громадина поворачивает ко мне голову.

На меня смотрят такие знакомые жёлтые глаза с вертикальным зрачком.

«Великий Асхар», — восхищённый шёпот принцессы возвращает меня к грустной реальности. Это не мой дракон. Это её дракон. Сердце сжимается, я чувствую почти физическую боль.

А Ариан осторожно приближается. Может быть, боится испугать меня? Зря беспокоится, напугать меня он не сможет. Та боль, которая начинает грызть меня изнутри, не оставляет места для других сильных чувств. И я беру обеими ладонями чешуйчатую морду и прижимаюсь к ней лбом. Вот сейчас главное — не разреветься.

Хрипловатый женский голос раздаётся очень вовремя и вырывает меня из состояния глубокой жалости к себе. Всегда терпеть не могла это чувство, а тут вот накрыло.

— Что такое невезение? Это когда опаздываешь к самой серьёзной драке магов за последнее столетие.

— Алия, — в голосе Ротана улыбка, восхищение, уважение.

Я не сразу соображаю, где слышала это имя, поворачиваюсь, чтобы увидеть, а принцесса уже верещит в моей голове:

«Алия!»

Передо мной стройная высокая блондинка в непривычной для этого мира одежде, изумительно сидящей на ее фигуре. Чёрные брюки, подозрительно похожие на джинсы стретч, плотно облегают её длинные ноги, а джемпер обтягивает тонкую талию и высокую грудь, завлекая взгляды мужчин в неглубокий, но многообещающий вырез.

— Алия, — вырывается и у меня. Я вспомнила тренировочный бой с Рэем и, гонявшую меня мечом, красивую женщину в видениях.

«Да обними же ты её, я хоть так почувствую», — в словах принцессы такая горечь, что меня заполняет жуткое чувство стыда за мои недавние переживания. Это она всего лишилась, а не я.

— Как же тебя угораздило, девочка, — шепчет Алия, сжимая меня в объятиях.

А она ведь это не мне говорит, а Алексе, и не догадывается, что я это не она. Но уж Алии я должна всё рассказать. Она, наверное, сможет помочь принцессе вернуться. А я, что ж… я в гостях.

«Ты думаешь, ей нужно что-то рассказывать?»

— Так, сейчас мы отойдём в сторонку, и ты мне всё-всё расскажешь, — не выпуская из объятий, Алия слегка покачивает меня, словно убаюкивая.

И мне становится легче, кажется, что она уже всё знает и при этом не сердится на меня за вторжение. С ней уютно, как в лесу. Она поможет и мне тоже. А Рэй, что Рэй, он не в меня влюблён, а в Алексу. Хотя с этой мыслью смириться будет труднее всего. Надо будет попроситься в тело ещё неродившегося ребёнка, когда у него ещё нет души, или что там в этом мире воспринимают как душу. Главное, в теле малыша я заново буду изучать этот мир и, скорее всего, даже не вспомню про Рэя.