— Да бросьте, вы же не виноваты. Моѐ дело было отвезти и привезти, я не справился.

— Я сам разберусь, в чѐм виноват, а в чѐм нет, — огрызнулся Ракун и зачем-то посмотрел на Нину. И, конечно, сразу же заметил, что она не спит. — Доброе утро.

За окном действительно уже светало. Пригород Викены потихоньку просыпался: распахивались окна, голосили петухи, дремали на козырьках крыш набесившиеся за ночь марты.

с Я, с вашего позволения, тут сойду, — решил водитель. — Родственники вон в том доме живут, у них и остановлюсь, чтоб на другой конец города не ехать.

Магос кивнул и долбанул кулаком по стенке, давая сигнал кучеру.

с Ты сам-то спал? — набросилась с расспросами Нина, как только они остались вдвоѐм. — Сейчас приедем — немедленно ложись. Хотя нет, сначала мыться. Выглядишь так, будто грохнулся в болото в обнимку с мотком колючей проволоки.

с Это был куст. — Ракун со вздохом пощупал заклеенную пластырем щѐку. — А по делу что скажешь?

Речь шла явно не о похищении списка гостей, а о более поздних событиях.

с Считаешь, аварию подстроили специально? — нахмурилась Нина.

с У тебя есть другие версии?

с Случайное стечение обстоятельств тоже исключать нельзя, хотя вероятность очень уж небольшая. А вот если кто-то покопался в тормозной системе, пока машина стояла без присмотра, то возможны разные варианты. Зависит, например, от того, кто распорядился устроить угощение для водителей. Если госпожа Мир решила сделать людям приятное — это одно. А вот если Биниас…

с Бинниас — придурок, конечно, но на что-то серьѐзное вряд ли способен, — с сомнением протянул Ракун. — Ну припугнул я его немножко, подумаешь… Разве контрабандная машина стоит двух трупов?

с Трѐх. Ты бы тоже сидел в салоне, если бы… — Нина замялась. — Ну, если бы я не психанула.

с Но ты психанула. Всѐ ещѐ считаешь, что нам надо поговорить?

с Всѐ ещѐ считаю, что это лучше сделать дома и после того, как ты проспишься и придѐшь в себя.

с Думаешь, за это время что-то изменится? Я всѐ равно не буду извиняться за какой-то дурацкий поцелуй. Что сделано — то сделано.

Нина и не ждала извинений. Если рассуждать логически, Ракун поступил правильно, поцеловав Марлену. С какой стороны не посмотри — правильно. И их не поймали и даже не заподозрили, всѐ прошло гладко, но на душе всѐ равно было мерзко и пусто, как будто оттуда с корнем вырвали что-то важное, и теперь получившаяся дыра ныла и кровоточила, не давая вдохнуть.

Но Нина всѐ же нашла в себе силы ответить:

с А и не надо извиняться. Ты всѐ сделал как надо. Это я виновата. Думала, что смогу к этому привыкнуть. К тому, что не знаю, где ты, с кем ты. К тому, что ты всегда поступаешь как хочешь, не спрашивая моего мнения.