Впрочем, долго ли коротко, но мы опять вышли из пещеры. И ласковое солнышко тут же предупредило нас об изменениях. Щебета птиц не было, должно быть передние всех распугали. Но то, что мы выходим в лес, я почувствовал заранее. Как же я по нему соскучился! И нет, это не «тоска по лесу», вернее не так, это тоска по лесу, но это не игровой дебаф, а настоящий. Я соскучился. Соскучился по дому. Ведь именно лес всегда был моим домом. И море, солнце, пляж, бунгало — это не моё. Надо оттуда уезжать. Надо возвращаться. Тайга большая — спрячусь. Вот только как быть с капсулой? Её-то в тайгу не потащишь! Блин, опять засада! Что же делать? Да и деду я обещал ВУЗ закончить. А учиться из леса без интернета не получится. Можно, конечно, заказать спутниковый, а к нему подключить капсулу, но это всё равно, что прокричать на весь мир: смотрите, я — тут! Бред, одним словом. Погружённый в свои мысли, я даже не заметил, кто именно с меня сдёрнул мешок. Впрочем, какая разница! Мне же оставалось радоваться запаху, я бы даже сказал духу Леса!

Но сложно радоваться Лесу, когда вокруг такая толпа. Поэтому мы с Хрюшей потихоньку двигались глубже в чашу, подальше от звуков и посторонних запахов. Вот, переваливаясь через густой подлесок Хрюша выбрался на опушку, где сидел учитель с прищуренными глазами.

— Ну что, блудные дети, вернулись обратно домой? Поди-тко несладко на чужбине-то?

— Ой, и не говори, старче, твоя правда! — тут же согласился мой секач, — Хотя в дальних странствиях можно найти верных друзей и закалить характер.

— Это чем же тебе твой характер не угодил, чай от батюшки достался, что его ещё и закалять потребовалось?

Я же в недоумении смотрел на Хрюшу. Ещё несколько часов назад он вместе с Филей весело бесился ударяясь своей могучей бронёй по его шкуре, а теперь вон как заговорил, характер он закаляет!

— Характер мне мой нравится, но это не значит, что я не хочу стать мощнее и сильнее. Вон сейчас Филя выходит победителем в двух поединках из трёх! Ну куда это годится?

— Какой-такой Филя? Это псина твоя огненная что ли? — боровичок сурово посмотрел на меня. Я не понимал, чем вызвано его негодование, но и спускать такое на тормозах тоже не намерен.

— Не оскорбляйте моего пса! Он не псина, а друг!

— Вот-вот! — попытался присоединиться ко мне Хрюша, но был осажен одним только взглядом, после чего попытался спрятаться за кустарник вместе со мной, что невольно вызвало у меня улыбку, а старичок-боровичок ещё больше нахмурился. Я спокойно слез с Хрюши и тот постарался как можно незаметнее скрыться с глаз, но с его тушей это сделать нереально — после него оставалась широкая просека в подлеске. Переведя взгляд с него на учителя обратно, наткнулся на тяжёлый укоризненный взгляд.