— Вам очень повезло, молодой человек, — сказал, присаживаясь на корточки, профессор Агросов. — И ваше везение целиком и полностью — ваша личная заслуга. Помните те документы, что вы сумели вытащить во время моего спасения? На основе этих сведений мы и проводим сейчас операцию.

«Отлично, спасибо за „спасибо“, но лучше скажите, что вы со мной делаете?» — мысленно простонал Александр.

— Не отвлекайтесь, коллега, — проговорил с жутким акцентом Чо Фан. — У нас еще большая часть операции впереди.

— Конечно, конечно. Прошу прощения. — Агросов встал и пропал из поля зрения старлея.

Сказать, что Саша ничего не чувствовал на протяжении всей операции, которая заняла несколько часов, было нельзя. При каждом соединении нерва по нему будто пробегал электрический ток. Не самое приятное ощущение, если не вспоминать, что бывают вещи и похуже. Два профессора ассистировали роботу, сращивающему ткани. Кровь очищалась и вводилась обратно. Чьи-то ноги все время мелькали у его изголовья. Потом вспыхнула резкая боль в позвоночнике, и он потерял сознание.

Сказать, через сколько Саша проснулся, было невозможно. Может, прошел день, может, год. Главное, он был в той же палате, возле того же окна, в которое светило неяркое осеннее солнышко, периодически заслоняемое тучами. Определил это Александр по то темнеющему, то светлеющему прямоугольнику в стене. Черт, неужели не помогло?

— Хреново выглядишь, брат, — пробурчал сидящий в ногах инвалид. — Не знаю уж, что с тобой сейчас происходит, но вид у тебя еще хуже, чем был вчера, раза в три.

«Вчера. Значит, операция была вчера, — удивленно подумал Александр. Странно, по ощущениям прошла минимум неделя. А еще он внезапно понял: ничего не болит! То есть не совсем, конечно: голова чуть кружится и в висках ломит, но все остальное тело в полном порядке! Ну, кроме разве что того, что пошевелить он не может даже пальцем. А так, если еще вчера боль была по всему телу, то сегодня осталась только в голове. — Круто, у них все же получилось!»

— Доброе утро, мальчики, — весело сказал, заходя в палату, лечащий врач. — Давайте-ка на свои места, а то разбегались по палате. — После этих слов, громко хмыкнув, сосед переполз обратно на свою кушетку. Было слышно, как скрипит кровать, когда он на нее забирается. — Ага, хорошо, ну что же. Пора тебя выписывать, Сидор. Лучше тебе уже не станет.

— Так, может, хоть протез какой выпишете? — проговорил мужчина.

— Выписать я тебе могу все, что угодно, — досадливо бросил доктор, — вот только взять их все равно неоткуда. А даже если бы запасы оставались, все механизированные протезы не работают. Так что будешь ты, как настоящий пират, на деревянных ходулях.