На сцену вышел майор Строганов, начальник академии. По списку начали вызывать людей, каждый из которых удостаивался моря аплодисментов. Саша слушал вполуха. Во-первых, ему нужно было срочно придумать, что делать со своими отношениями с Мариной. У них еще полгода практики впереди, нужно либо красиво разойтись, либо помириться. А во-вторых, учитывая результаты, ему такую грамоту с занесением получить никак не светило.
Его размышления прервал сильный удар под ребра.
— Саша, ты че, уснул? Тебя зовут!
— Меня? — не понял он, но, взглянув на горящее на табло имя, вскочил со своего места. — Прошу прощения, господин майор. Не думал, что мне достанется такая честь.
— Вам, курсант, не оправдываться надо, а хвастаться, — сказал, хлопая его по плечу, начальник академии. — Лучший снайпер за историю академии, три результативных выстрела с километровой дистанции за пять секунд. Вы, безусловно, заслужили своей похвалы. Поздравляю! — Дождавшись, пока Саша сядет на место, майор продолжил: — Уже через несколько дней вы поступите на действительную военную службу и будете проходить практику в двенадцати иностранных легионах! Горячие точки, экстремисты и террористы ждут вашей крови, и каждый из вас сполна прочувствует на себе всю тяготу службы, прежде чем вернуться на родину и вступить в ряды гвардии! Ура!
— Ура-а! — в полной эйфории ответили пять сотен младших лейтенантов, входящих в новую жизнь. Александр улыбался, скоро реальный бой!
Глава 2 УДИ
С одной стороны от Марины вышагивал Леха, с другой Саша. После хвалебной речи самого начальника академии подруга чуть оттаяла, хотя до сих пор чувствовалось неловкое напряжение. И девушки, и парни одинаково неодобрительно смотрели на их тройку, идущую по коридору в медчасть. Хотя нет, не все. Были взгляды, полные зависти. Причем с женской стороны таких оказалось значительно больше. Но тут ничего не поделать. Александр представлял себе, каково Марине чувствовать к себе такое противоречивое отношение, начиная от зависти и заканчивая презрением. Как с этим справляется семнадцатилетняя девушка, окруженная двадцати- и тридцатилетними, у него в голове абсолютно не укладывалось.
— Слушай, — начал он, чуть сжимая ее локоть. — Как тебе удается спокойно жить при таком негативе со стороны? Это же просто тронуться можно…
— Легко, — звонко рассмеялась Марина. — Я оптимист и в отличие от вас, наземных крыс, отправлюсь в космос сразу после практики. И там мое поведение и мои достижения — это не повод для порицания, а совсем наоборот, для гордости.
— Это как? — не понял Леха. — Я не говорю, что я тебя осуждаю, ни в коем случае.