БТР напоролся на первую большую группу зараженных сразу после поворота дороги, ведущей по лесу. Больше пятидесяти зомби стояли плотным строем поперек дороги. Так что колесному танку пришлось замедлить ход, чтобы расчистить себе путь. Несмотря на логичность такого действия и достаточную эффективность пулеметов, это промедление все же стало решающим. Даже внутри защитной капсулы было слышно, как засвистела, зарычала и защебетала толпа. Десяток голосов быстро превратился в сотню. Две… Пять…

— Ох, черт, — выругался Сергей, сидевший за пультом командирского пулемета. — Прорваться к вышке сможешь? — спросил он механика-водителя.

— Никак нет, — отчеканил тот, вложив в каждое слово столько эмоций, что сразу стало понятно: между ними должно быть еще порядка двух-трех строчек мата. — Прикажете отступать?

— Куда, мля, отступать? — выругался старкап. — Там никакой защиты узкоглазые не поставили, выпустим это в город, все снесут к чертям.

— Выворачивай на полосу, — крикнул Саша. — Устроим им карусель смерти, как при бое за центр!

— А ты прав! — кивнул Сергей. — Вперед, может, получится их отвлечь или найти другую дорогу.

Колесный танк, врубившись в нарастающую толпу, двинулся через густой кустарник к взлетной полосе, огороженной толстой металлической сеткой, не дающей зомби разбежаться. Вдоль этой ограды шла небольшая просека, по какой-то случайности свободная от противников. Мехвод был далеко не глупцом и без дополнительных указаний втиснулся в это пространство. И хотя теперь они были зажаты между лесом и забором, путь впереди был чист.

— Чего сидите? Открывайте бойницы! — скомандовал старкап, не прекращая стрелять по толпе, последовавшей за ними и теперь продирающейся в лесу, чтобы окончательно окружить. Откинув тяжелые узкие створки, десант открыл огонь по всем направлениям. Выбор, в кого именно стрелять, был преогромным, и, хотя зараженные падали под градом пуль десятками, их сородичи переступали тела и шли дальше. Так что казалось, что количество врагов со временем не уменьшается, а увеличивается.

В какой-то момент заглох башенный пулемет. Затем командирский. Саша недоуменно посмотрел на Сергея и с содроганием понял, что они стихли отнюдь не по собственному желанию. Патроны кончились. Два короба по пятьсот и лента на тысячу. Надеясь, что остальные не заметят наступившей тишины, Александр вернулся к бойнице.

— ОФС по толпе, огонь! — скомандовал старкап, и в следующую секунду в догоняющей их толпе разорвался снаряд. Вспышка пламени была такой силы и величины, что, когда дым начал рассеиваться, Саша надеялся увидеть полностью уничтоженную или хотя бы порядком потрепанную толпу. Но ветер еще не успел унести сгоревший воздух, как из дыма выбежали первые зараженные. Сказать, что их стало меньше, было никак нельзя. — Еще раз!