— Странно, я за собой такого не замечаю, — пробормотал он. — Ни разу не хотелось ударить кого-то просто так.

— О, поверьте, у меня причин достаточно. Начиная от выломанной вами двери, заканчивая пистолетом, которым вы мне угрожали в прошлый раз. К тому же у вас агрессия вполне может накапливаться, выливаясь в такие вот приступы.

— И что вы мне предлагаете, успокоительное?

— Увы, новые биодройды быстро абсорбируют практически любое количество медикаментов, которые по их программе не подходят для нормальной работы организма, — с сожалением произнес профессор. — Так что прописывать обезболивающее, успокоительное и даже снотворное вам абсолютно бесполезно. Разве что они будут вам нужны, но тогда ваш организм должен сам вырабатывать гормоны, соответствующие задачам.

— Потрясающе. То есть, с одной стороны, вы меня вылечили, а с другой — я в полной заднице.

— Не только вылечили, еще и значительно усилили: ваши параметры восприятия, силы и выносливости будут даже выше, чем у некоторых олимпийских чемпионов, — улыбнулся Агросов. — Правда, они получены путем жесточайшего допинга. Коим являются и специализированные наномашины. Но нам же не спортивную комиссию проходить.

— Ну, спасибо. Успокоили, — отмахнулся Саша, поднимаясь с кушетки. — Что мне теперь делать-то со всем этим?

— Для начала окончательно и бесповоротно принять для себя, что жена мертва. Это будет первым существенным шагом к осознанию новой реальности.

— С этим у меня давно проблем нет, я сам ее на костер нес.

— Ну, в таком случае дальше только ждать, — сказал профессор, отключая кабели от нейроинтерфейса. — Все готово. Сейчас получим полный анализ, и можете идти спать.

Через секунду на экране появилось изображение Саши в полный рост. На проекции можно было разобрать по слоям все тело, начиная с кожи и заканчивая нервными окончаниями. Было, конечно, интересно посмотреть на себя изнутри, но гораздо занимательнее оказались приписки диагностической системы. Перечислялись все возможные проблемы, включая тромбы, переломы, ушибы, разрывы и многое другое. Александр даже рот открыл от изумления: сколько, оказывается, у него было проблем внутри. Впрочем, все, или почти все, они проходили под статусом «частичное выздоровление», а таймер до полного выздоровления показывал не больше двух суток.

— Потрясающие показатели. Признайте! — улыбнулся Агросов. — Даже с наномашинами такой эффективности мы достигнуть не могли бы. И все это биологического происхождения.

— Да уж, — пробормотал Александр. — Если бы не побочные эффекты.

— В большинстве своем они вызваны возвратом к естественному гормональному балансу. Такими мы должны быть от природы, по крайней мере, по мнению биодройдов. — Профессор замолчал, задумавшись. — Наверное, в новой среде это достаточно оправданно. В конце концов, далеко не каждый цивилизованный человек способен убить себе подобного.