— А теперь оказывается, что можно зайти внутрь. Убить всех тварей там… и разлом закроется сам, — голос Крылова задрожал. — Это… изменит всё. Абсолютно всё!
— Так точно, товарищ полковник, — Дружинин посмотрел на Афанасьева.
Парень снова лежал в грязи, обессиленный, весь в крови. Медики уже склонились над ним, начали осмотр.
Но глаза Глеба были ясными. И в них читалось торжество.
Парень сделал невозможное. И прекрасно осознавал это.
— Но почему же никто не выходил раньше? — задал вопрос Дружинин, словно разговаривая сам с собой. — За триста лет были десятки случаев, когда маги попадали в разломы. Ни один не вернулся. Почему вы смогли?
Глеб медленно повернул голову. Посмотрел на подполковника. Потом на телефон в его руке, из которого слышался голос Крылова, который повторял тот же вопрос.
И усмехнулся.
— У меня есть ответ, — прохрипел Глеб. — Но он вам не понравится.
Глава 8
Меня разбудил писк мониторов. Знакомый до боли звук… Неужели снова это место?..
Я открыл глаза. Увидел белый потолок, свет от ярких ламп ударил прямо в глаза. Это была та же самая палата, где я лежал после принятия Дара. Даже трещины на потолке были теми же.
Я попытался пошевелиться. Тело откликнулось, но как-то вяло. Ощущал такую усталость, словно марафон пробежал.
Хотя боли не было. Странно. Помню, что в том разломе меня гончие неслабо покусали.
Посмотрел на плечо. Там, где тварь вцепилась клыками, уже ничего не было. Даже шрама нет.
Провёл рукой по месту второго ранения. Кислота должна была прожечь кожу до самого мяса. Тоже чисто, ничего нет.
Все интереснее и интереснее. Надеюсь, что я не провалялся в отключке целый месяц…
[Регенерация завершена]
[Восстановление осуществляется за счёт магической энергии]
[Скорость регенерации зависит от вашего уровня]
[Текущий уровень: 4]
Ага, вот где собака зарыта. Или точнее, гончая, если вспоминать прошлые приключения.
Значит, регенерация осуществляется за счёт магии. Логично. Чем выше уровень, тем быстрее всё заживает. Очень удобно. А значит, с момента операции должно было пройти не так много времени.
Хотя раны были не такие уж и глубокие. Гончая прокусила мне плечо, но не насквозь. До кости она не добралась, это я точно помню.
Так, раз с этим разобрались, самое время выбираться отсюда. И надо ещё узнать, как я вообще здесь оказался. Ведь последнее, что помню — как лежал на земле, а Дружинин задавал свои вопросы про то, как я выбрался из разлома. Но ответить на них я так и не успел, отключившись.
Нехорошо вышло. Надо продолжить этот разговор. Мне многое нужно рассказать ФСМБ.