Ей нечего тут делать. Почему ты забронировал ей билет, не хочешь рассказать? – С чего ты взяла, Ева? На хер она мне нужна, билеты ей бронировать! Брат отправил деньги, вот я и купил. Они же у меня ничего не смыслят в этих делах, ездят только на оленях на своем севере! – нервно хихикает. Муж упускает момент, откуда я про билет узнала. Но у меня все внутри буквально бурлит от злости. – Куда она поехала и зачем вообще приезжала? – настойчиво уточняю у Савелия. – Сейчас поехала к папаше, к нему же и приезжала. Наташа давно уже переписывалась со своим биологическим отцом, он, оказывается, богатый чувак. – Так и снял бы дочери квартиру. – Ев, я прост о выполнил волю брата! Ну, ты хочешь, чтобы она осталась жить в своем деревенском захолустье и отдалась алкашу за бутылку? Жалко мелкую, она еще совсем дитя! Савелий ведет себя как отец-наставник, а я видела сегодня эту «детку» полуголой и в очень возбужденном состоянии. Малышкой ее не назвать. Наташе 20 лет и она очень развита для своего возраста. – Она была с тобой? – разворачиваюсь резко. – Ева, ты что несешь? Ты меня специально провоцируешь? Сначала не даешь, а теперь мне роман с малолеткой суетишь? – Савелий багровеет, проводит рукой по мокрым волосам и лезет ко мне. Муж нагло задирает мою домашнюю пижаму. Соски от его холодных пальцев становятся каменными. Но прикосновения Савелия неприятно щекочут нервы. Я его не хочу. Словно чужой мужчина меня касается… – Детка, да ты меня хочешь! – масляно улыбается Гуляев. Я смотрю на мужа и не верю, тому, что вижу сейчас. У Гуляева на шее четкий след, будто от женских ногтей. – Савелий, у тебя царапина на шее, – говорю ему, сглатывая ком. – Что? Где? – он подбегает к зеркалу. – Ах, это… Так меня Эрик поцарапал вчера, когда мы играли. Постриги ногти сыну, Ева. Ты же мать, займись мелким! А то ударилась в бизнес, как ненормальная. – Я забочусь о сыне достаточно! А вот ты, Сава! Глаза Гуляева наливаются кровью, он смотрит на меня, не моргая. – Ева, прекрати истерику! То ты к Наташке меня приревновала, то теперь царапины тебе мерещатся! Если ты хочешь, чтобы мы поругались, то не выйдет. Я тебя люблю. Я извиняюсь, что редко приезжал к вам в больницу. И вижу, что ты именно из-за этого на меня взъелась! Но на то были обстоятельства. Я строю карьеру, на это нужно время! – говорит Савелий, то ли скандаля со мной, то ли оправдываясь… И неожиданно в запале выдает новость о том, что его повысили. Камень падает с души. Может, я себя накрутила? Но подозрений на ровном месте просто не