Эти слова потрясли, и внутри поднялась волна облегчения, смешанная с болью от осознания, сколько времени было потеряно впустую из-за интриг и обмана.
Я не могла поверить, что все их разногласия, все те ночи, которые она провела одна, страдая от одиночества, были напрасными.
- Давай начнём всё с чистого листа. Забудем все, что было. Я знаю, что Камилла моя дочка. Ей нужен отец. И я не отпущу вас, - прошептал он, его дыхание коснулось моих губ.
Смотрю на него, чувствуя, как между ними снова появляется невидимая нить, связывающая, словно и не было всех тех лет.
Булат приближается, его рука осторожно касается моей щеки, словно проверяя, приму ли я его ласку.
Словно поддавшись какой-то неодолимой силе, поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом. Этот взгляд был тем же, каким он смотрел в ту первую ночь, когда он стал моим, а я его. Наш первый раз.
Булат притягивает меня к себе.
Наши губы встречаются в нежном и страстном поцелуе, который воспламенил всю ту недосказанность и невыраженные эмоции, что копились все эти годы.
Его руки осторожно обвили талию, и я оказываюсь у него на коленях.
- Мия, я люблю тебя, - говорит муж, глядя мне в глаза своими голубыми озерами, полными надежды на мой ответ.
Вдруг в кармане его пиджака громко играет мобильный телефон. Синхронно наверх поднимается охрана.
- Какого черта? Что стряслось? – рыкает взбешенный Булат.
- Булат Гасанович, ЧП в отеле. Горит большой ангар, огонь перекинулся на основной корпус. Там люди, - тараторит взрослый мужчина, который бледен, как лист белой бумаги.
- Черт, твою ж! Подстава гребаная! - зло говорит Булат. – Мия, девочка моя, я скоро…
Он говорит что-то на ходу, отдает команды.
Уже вся охрана наполнила дом, гудя как улей пчел.
Когда я прохожу в детскую, вижу, как Ками закопавшись в груде игрушек.
Она так устала от вереницы событий, что не услышала суматошные крики мужчин, не услышала звук мобильного, а просто уснула во время игры, пока мы с Булатом прощались…
Её мягкое дыхание наполняет комнату, и я смотрю на неё, пытаясь унять вихрь эмоций.
Может ли он действительно стать для неё отцом? Сможет ли он быть рядом, когда она будет в нём нуждаться? Я не знаю. И сама эта неопределённость пугает. Как бы я ни старалась убедить себя, что мне не важно, я не могу игнорировать то, что Булат снова стал частью нашей жизни, вторгся в неё так внезапно и неожиданно.
Булат уехал, а мне не спится. Я долго сижу рядом с Ками, наблюдая за её сном, пытаясь успокоиться.
Внутри я знаю, что не могу просто отвергнуть его желание быть рядом — не ради себя, а ради неё. Но в то же время страх всё ещё гложет меня.