Делаю шаг назад, поднимая голову так, чтоб наши глаза встретились:

— Мисс. Там, откуда я родом, так говорить о даме не считается приличным. Если нормальный мужчина слышит подобное, он сразу бьёт в морду тому, кто подобное сказал.

— За что?! — её явно озадачивает модель поведения.

Самое интересное, что я опять ничего не придумываю: восток есть восток, там с межгендерным общением строго.

— Если ты сегодня позволишь любому мудаку сказать такое при себе незнакомой девушке, и пойдёшь дальше молча, завтра кто-нибудь другой промолчит, когда будут оскорблять твою сестру или мать, — пожимаю плечами. — В этом мире всё просто, а семьи там многодетные.

— И не скажешь, что ты из девятого сектора…

— Может быть, оттого, что я там оказался случайно? И вообще, моя связь с этим девятым сектором — плод исключительно инсинуаций министерства обороны? — правда из меня так и лезет.

— Неважно… Слушай, я чего хотела-то. Судя по тому, как ты шатаешься вокруг аэропорта, жалобу подавать не планируешь?

За какую-то пару секунд мы машинально сравняли скорости и направления движения; теперь топаем вдоль секторной парковки, полной машин.

— Не планирую. А что, надо? На кого и зачем?

— Я думала, ты окрысился на ребят из полиции, — она испытывающе окатывает меня всё тем же взглядом палача на работе.

Примерно с таким же выражением лица в виварии мединститутатам преподаватели по микробиологии и физиологии резали мышей и демонстрировали рефлексы на лягушках (ходил я на пару занятий вместе с Айгуль и её группой).

— У меня нет настолько значимых претензий к местной полиции, чтобы размахивать кулаками после драки. — Коротко касаюсь подбородком груди. — Всего доброго.

Разворачиваюсь, чтобы снова налететь на препятствие: тихо шагающий тип в штатском был среди допрашивавших меня.

— Ну ты и долго! — удивлённо говорит он докторессе с формами порномодели. — Ань, ну сколько можно тебя ждать? — затем обращает своё внимание и на меня. — О, привет ещё раз. Ты уже справился у своих? Пошли отойдём, поговорим.

Значит, докторшу зовут Аня?

— Ну пошли, — соглашаюсь. — Раз ты так настаиваешь.

* * *

Отец, когда ещё был жив, рассказывал мне.

Однажды по роду работы (которая тогда здорово отличалась от моего времени) его вынесло похожим образом из самолёта в Европе.

Конкретно тогда задача у него была более чем простая: добраться из аэропорта до вокзала, там сесть на поезд до соседнего миллионного города (что по европейским меркам немало, а поезда раз в три часа). Там выйти из поезда, взять от вокзала такси и доехать до адреса. Всё.

Передать какую-то чепуху.