— Готовим в печи. Ничего лишнего, только мука, соль, вода и дрожжи, — поясняет продавщица. — Лучший хлеб в окрестностях. Выбирайте нашу булочную, у нас есть скидки постоянным клиентам. Вы тут впервые? — аккуратно спрашивает девушка.

— Не совсем, — подбираю расплывчатую формулировку.

Не удивлюсь, если девушка имеет отношение к Ночной или, как её ещё называют, теневой гильдии. От мыслей меня отвлекает запах свежайшего хлеба. Выпечка тоже обещает быть вкусной. Думаю, Василиса не откажется от угощения, раз уж Феофан её периодичеки обделяет.

Возвращаюсь обратно в карету и говорю извозчику новую точку. Описываю жилище рунолога. Пожилой мужчина нисколько не удивляется. Спокойно едем по адресу.

Заметно повеселевшие Феофан и Василиса без умолку обсуждают породы кролов. Фей убеждает, что существуют гончие кролы, а Вася ни в какую не верит.

— А кто по-твоему участвует в гонках на кролах? — спрашивает фей с укором.

— Те, кто не любит большую скорость! — отвечает ему феечка.

— Да гончие кролы питаются специальными овощами! Да они носятся быстрее, чем городские кареты! — спорит Феофан и периодически кусает морковку. Или, точнее, то, что от нее осталось.

Незаметно толкаю Василису в бок и протягиваю свежую булочку. Феечка замирает, осторожно берет угощение и отворачивается к своему окошку. Феофан продолжает вещать про кролов и не замечает как по его носом уничтожается выпечка.

— Вить, а чем так вкусно пахнет? — прерывает монолог фей и принюхивается.

— Хлебом, Фео, хлебом, — говорю и тихонько смеюсь.

Расплачиваюсь с извозчиком и выхожу из кареты. Довольная Василиса и подозревающий мою нечестность Феофан выходят следом. Перед нами серое двухэтажное неброское здание. Внешний вид жилища никак не говорит о том, что здесь живёт мастер. На двери нет ни надписи, ни вывески.

Подхожу и негромко стучусь.

— Таки кто там? — доносится грубый голос из-за двери. — Господин Залман никого не ждёт.

— Господин Залман, — повторяю имя мастера, — я к вам по делу, — вношу ясность.

По голосу слышу, что с обратной стороны двери находится весьма вредный гном.

— А чего это тебя, такого шлемазла, принесло на ночь глядя? — недовольно ворчит гном, но всё же отпирает дверь.

— И вам здравствуйте, — говорю. — Я к вам с работой.

— Работу от людей таки не беру. Всего доброго, — Залман пытается закрыть дверь, и у него это почти получается, едва успеваю поставить ногу, чтобы помешать гному.

— Подождите, господин Залман, может, сначала всё-таки поговорим? — всеми силами стараюсь удержать его.

— Не о чем разговаривать, проваливай, — отрезает гном и, прикладывая ощутимое усилие, тянет дверь на себя.