Я с трудом разлепил тяжёлые веки, моргнул, прогоняя остатки сна, и попытался сфокусировать взгляд в полумраке гостиной.

— Энджи? — хрипло спросил я, слегка приподнимаясь на локтях.

— Мы можем поговорить? — робко произнесла девушка, стоящая в лучах бледного лунного света на расстоянии вытянутой руки от меня, одетая лишь в короткую футболку, едва прикрывающую бёдра и ничуть не скрывающую её длинные стройные ноги.

— Почему нет… — вздохнул я, немного сдвигаясь к окну и освобождая край дивана. — Садись…

— Окей! — Энджи юркнула под моё одеяло и через секунду тесно прижалась ко мне, обдав жаром своего тела.

— Ты, кажется, поговорить хотела… — напомнил я, ощутив хорошо знакомый мне запах её кожи и почувствовав её горячее дыхание всего в нескольких дюймах от своего лица.

— Ты обижаешься? — едва слышно произнесла она.

— На тебя? За что?

— За то, что я бросила всё и уехала из Лос-Анджелеса…

— Нет.

— Правда? — она чуть приподняла голову, пытаясь разглядеть выражение моего лица в темноте.

— Правда…

— Я скучала по тебе… Очень сильно! — почти неслышно прошептала рыжая репортёрша, утыкаясь носом мне куда-то в ключицу. — А ты?

— О, я три дня рыдал в подушку после твоего отъезда… — совершенно будничным тоном произнес я, вдыхая запах её волос. — Места себе не находил. Даже пытался утопиться в океане, но Флиппер меня спас… Вытолкал носом на берег и сказал: «Алекс, забудь эту рыжую дурочку, она тебя не достойна»…

— Идиот! — фыркнула Энджи, упёрлась ладонями мне в грудь и попыталась рывком вскочить с дивана.

А я лишь покрепче обхватил её за талию, прижал к себе, ощущая плавные изгибы её тела, почувствовал, как она возмущенно дёрнулась несколько раз, пытаясь вырваться из захвата, а через мгновение сдалась и притихла.

Ещё миг, и я почувствовал её учащенное, горячее дыхание на моей шее, а уже через секунду она безошибочно нашла в темноте мои губы и жадно, порывисто прижалась к ним своими. Опрокинула меня на спину, легко перекинула свою стройную ножку через меня и очутилась сверху. Секунду помедлила, нашла своей жаркой, влажной промежностью головку моего вставшего словно по команде члена и через мгновение опустилась, мягко пустив меня в себя, прижавшись своим лобком к моему и тихонько застонав от удовольствия…

— Чёрт! Я и забыла, как это хорошо… — прошептала она в моё ухо, выпрямилась, нетерпеливо стянула через голову свою футболку, качнув у меня перед лицом тяжёлой грудью и тут же опустилась обратно, медленно, плавно и не спеша задвигав бёдрами в такт моим глубоким толчкам…

Успокоились мы лишь спустя пару часов. А ведь я действительно по ней скучал. Не до такой степени, чтобы потерять голову, бросить всё и перебраться к ней в Нью-Йорк, но всё же…