Джимми победно глянул на нас.

— Итоговая себестоимость бронирования: всего от двенадцати до пятнадцати тысяч долларов. То есть, полностью оборудованная бронированная тачка обойдётся максимум в сорок тысяч. Мы сможем делать такие машины для себя и на продажу, зарабатывая неплохие деньги. Это не так уж и сложно.

— Хм… Неплохая идея, — признала Мишель, впечатлённая расчётами. — Я на всякий случай всё равно проверю, какие именно сертификаты для этого нужны, и всё оформлю.

— Отлично! Раз такое дело, я бы ещё и производство оружия наладил под шумок в соседнем боксе… — глаза байкера загорелись от открывающихся перспектив.

— А вот это уже лишнее, — Мишель резко покачала головой, сбрасывая Джимми с небес на землю. — Даже не думайте об этом!

— Почему?

— Потому что! Чтобы легально производить огнестрельное оружие, нужна лицензия «FFL Type 07». И эту сферу жестко контролирует ATF — Бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием. И у них есть одно очень неприятное правило: если вы производите оружие, инспекторы ATF имеют полное право в любой момент, днем или ночью, без всякого ордера прийти к вам на завод с внезапной проверкой.

— Ну пусть приходят, — упрямо набычился Джимми.

— Они будут считать каждый ствол, каждый серийный номер и каждую пружину, — наклонилась чуть вперед Мишель, чеканя каждое слово. — Для организации, которая планирует отмывать миллионы долларов грязных денег синдиката, — хмыкнула блондинка, — пускать федеральных агентов с проверками к себе в бухгалтерию и на склады — это абсолютное самоубийство.

— Ладно. Понял, — сдался байкер. — Значит, с производством стволов пока отбой…

Мишель откинулась на спинку стула и несколько секунд внимательно, изучающе смотрела на сидящего напротив здоровяка.

— Мистер Санчес…

— Можно просто Джимми…

— Джимми… — вздохнула блондинка. — Я не пойму одного.

— Скажите, чего именно, а я попытаюсь истолковать, — усмехнулся он.

— Вы всё делаете сами. Деньги ваши, люди тоже, блестящий план придумал Алекс, — покосилась блондинка в мою сторону. — Какая во всём этом роль у Хоукинса? Ради чего вы вообще на него работаете и, к тому же, собираетесь отдавать ему львиную долю выручки и отмывать его грязные деньги? — она брезгливо поморщилась. — И только не говорите мне, что не будете ничего отмывать. Я не дура и прекрасно всё понимаю.

— Вы сейчас говорите как типичный корпоративный юрист, мисс Хадсон, — Джимми грустно усмехнулся. — Вы мыслите категориями контрактов, честного партнерства, инвестиций и справедливых долей. Но на улице всё работает иначе. Есть две веские причины, почему я это делаю.