— Не все копы взяточники и коррупционеры, — недовольно прошипела патрульная. — Некоторые просто делают свою работу!

— Согласен. Есть ещё насильники, вымогатели и стукачи…

— Заткнись! Ещё слово, и я упеку тебя за неуважение к полиции!

— Вы же ничуть не лучше тех же байкеров, просто прикрываетесь значком, — всё же не выдержал и выдал я, ожидая очередного удара по рёбрам.

— Чисто… — коротко бросила она, закончив обыск.

— Отпускай его, Уокер…

— Нет, — качнула она головой. — Пусть прокатится с нами в участок, посидит там пару суток…

— На это есть причина?

— Зрачки расширены, — оторвав меня от капота, развернув лицом к себе и посмотрев мне в глаза, мстительно произнесла она. — Речь бессвязная — какой-то бред несёт. Похоже, парень под препаратами…

— Хорошо, пакуй… — секунду посомневавшись, всё же согласился её напарник.

«Пи-и-иу!» — издав очередной противный звук и мигнув сиреной, на парковку вырулила ещё одна патрульная машина. Остановилась в паре футов от нас и через секунду выплюнула наружу полицейского с сержантскими нашивками.

— Уокер, Макгрегор! Что у вас? — хмуро произнёс сержант командным тоном, обведя парковку взглядом и остановившись глазами на моей скромной фигуре.

— Остановили троих для проверки документов, — коротко отчиталась патрульная. — Провели беглый осмотр. Одного из них придётся задержать. Он вёл себя агрессивно, не выполнял команды и, возможно, находится под веществами.

— Отпустить! — бросил сержант.

— Отпустить? — недоумённо нахмурилась патрульная. — Но, сэр…

— Отпустить, я сказал! — рявкнул коп. — Ты что творишь, Уокер⁈ Я напишу рапорт, и уже завтра ты вылетишь из полиции! Своих дружков будешь задерживать и проводить обыск без оснований, черномазая дура!

— Слышишь, жирдяй. За языком следи! — не выдержал и зачем-то заступился я за девушку, которая пару минут назад прессовала меня дубинкой по рёбрам. Стокгольмский синдром, что ли, прорезался…

— Что⁈ Как ты меня назвал? — прищурился полицейский, сделав шаг в мою сторону.

— Жирдяй, — произнёс я и тут же захлебнулся от очередного удара дубинкой под дых, для разнообразия, в этот раз уже от сержанта.

Удар у него, конечно, потяжелее, чем у девчонки…

— Ещё раз это сделаешь, — отдышавшись, прохрипел я, — и я засуну твою дубинку тебе в зад, сержант…

— Что⁈ — снова рявкнул он.

— Тебе до пенсии сколько, сержант? — выдохнул я, заставив себя выпрямиться. — Пять лет? Семь? Очень жаль будет вылететь со службы из-за одного неосторожного слова в адрес коллеги и слишком длинного языка. Особенно если этим заинтересуются Внутренние расследования.