— Ты не посмееш-ш-шь! — зашипел подобно змее Туманов, глаза его наливались кровью. — Наше имя будут полоскать не ветру! Мы станем париями! Ты Светку замуж не выдашь!

— Мне плевать на Тумановых! — я склонился над отцом Игоря и цедил слова с такой злостью, что даже Дезик зарычал. — Я скоро стану Озеровым, да и Светка тоже! А вы со своим княжеским ничтожеством будете ковыряться в той грязи, в которую ты сам загнал род своими карточными играми!

Я скорее почувствовал, как Туманов дёрнулся в мою сторону, нацелясь на телефон, чем заметил движение. Но всё же успел вовремя отпрянуть. Отцу Игоря помешали стол и Дезик, одним прыжком взгромоздившийся на него. Волкодав угрожающе зарычал, из его пасти закапала слюна. Туманов отшатнулся и упал обратно в кресло.

— Игорь, не смей так разговаривать с отцом! — услышал я со спины голос матери Игоря.

«Святая слепота, неужели она за годы жизни так и не поняла, кого полюбила? Бывает же такая безусловная любовь? Прости, Игорь, но я буду сейчас разбивать розовые очки этой женщины в дребезги!»

— Я, мама, разговариваю с ним так, как он того заслужил! — я включил запись на диктофоне, давая возможность княгине Тумановой услышать всю неприглядную правду о своём муженьке.

— Он не мог этого сделать! Я не верю! Это всё какие-то технические штучки! — она обошла князя со спины и обняла того за шею, выказывая поддержку. — Мой Котя не мог такого сделать!

Я же набрал деда и включил громкую связь:

— Дед, привет! У меня такой вопрос: сколько ты Туманову за пять лет назанимал, чтоб он долги закрывал и Светку на торги не выставил?

— Ну, если без учета стоимости операции… — задумался дед, — то миллионов сто пятнадцать точно будет. С операционными все сто семьдесят пять, но эти ты вернул.

— Он всё врёт, Танюша, — промурлыкал Туманов на ухо жене, — у него же не мозги, а желе! Маразм уже давно украл твоего любимого папеньку!

— Желе у меня вместо мозгов было, когда свою дочь за тебя замуж отдавал! — рявкнул Альберт Эдгарович — Лучше бы убил, дешевле обошлось бы!

Граф Озеров бросил трубку, а я остался стоять напротив княжеской четы Тумановых.

— Вы, папенька, пишите, пишите, не отвлекайтесь! Наличие маменькиного заступничества сути дела не меняет! Вы пишите отказ по всем правилам, а я не отдаю вас под суд императора как работорговца и не мараю ваше княжеское достоинство.

— Игорь, позволь отцу самому разобраться с проблемами! Не стоит вырывать Свету из семьи! — попыталась уговорить сына Татьяна Туманова. Вот только я не был её сыном. — Он пойдёт лечиться от своей зависимости, правда, дорогой?