Происходящее вполне устраивало хозяйственную элиту страны. Эти люди считали себя хозяевами жизни во времена Союза, теперь же этот статус закреплялся законно — право собственности нерушимо. Судя по всему, в правительстве тоже считали, что передача собственности директорскому корпусу — вполне приемлемое явление. Вообще, центральная власть столкнулась с такими вызовами и проблемами, которые ей были определенно не по плечу. Судя по всему, внятного плана действий не было, да и быть, наверное, не могло. Надеялись на Запад, на кредиты МВФ, но получили в девяносто втором всего миллиард. И еще некоторое количество гуманитарки, которую президент попросил у американских чиновников. А если бы у правительства был финансовый ресурс — миллиардов десять-двадцать, то… Возможно, многое пошло бы по-другому. Но Запад, похоже, был не готов к такому сотрудничеству. Слишком хаотичные процессы шли на постсоветском пространстве, никто толком не знал, будет ли распад продолжаться или все останется как есть. Да и инерция отношения имела место — невозможно было мгновенно перейти от состояния холодной войны к состоянию горячей дружбы… А наши рассчитывали на кредиты.

К слову, бывшая партийная номенклатура не очень преуспела в переделе собственности, хотя обладала множеством возможностей для этого. Некоторые статусные партийные работники областного и городского уровня набрали дешевых кредитов в 89−90-м годах, построили коттеджи и в лучшем случае, помогли детям-внукам вложиться в небольшой бизнес. Гораздо более активно вели себя комсомольцы. Эти ребята были везде — банковское дело, торговля, недвижимость, консалтинг… Бывшие секретари и инструкторы основывали фирмы, фонды, совместные предприятия. Они жаждали получить реальную собственность в результате приватизации, но здесь их интересы сталкивались с интересами директорского корпуса, который делиться своим ресурсом категорически не хотел.

Собственно, у нас были ровно те же проблемы, что и у «комсомольцев». Контроль над каждым из предприятий приходилось в буквальном смысле отвоевывать. Правда, в нашем распоряжении был Борис Борисович, но, несмотря на высокий пост, всемогущим он не был…

Уважаемых гостей города звали Анзор и Гулливер. Оба — уроженцы солнечной Грузии, принадлежащие к одному из известных воровских кланов. Высокий статус получили благодаря родственным связям. Анзор вообще несудимый, Гулливер вроде бы оттянул «пятерку». Но, так или иначе, за ними клан…

Встречу нам назначили в ресторане «Версаль», бывший «Юбилейный». Мы договорились, что пойдем втроем — Матвей, я и Серега. Для пущего эффекта нас сопровождали дружественные спортивные группировки, так что к ресторану подъехало штук сорок машин с более чем сотнею спортсменов. Демонстрация силы с нашей стороны.