— Ты кто? — удивленно спросил он.

— Бл, это я у тебя спросить хотел! Ты как туда попал?

— Я то? Дык Валера я! — ответил он.

— И че ты там делаешь, Валера?

После данжа, ко всяким подземным бомжам доверия я не испытывал, но внешность Валеры была уж слишком характерной. Этот похож на настоящего!

— Дык это! Нельзя что ли?

— Это ж царство мертвых! Какого хрена ты тут делаешь?

— Дык я и есть мертвый! Во, смотри — он поднес свою опухшую руку к голове и принялся яростно теребить свое ухо. Через пару секунд оно оторвалось. Помахав им в воздухе, он положил ухо в карман ватных штанов и выжидающе уставился на меня.

— Верю-верю! Мог бы и не заниматься членовредительством. Я говорю: что ты тут делаешь? Разве тебе не положено быть бестелесным духом и стоять в очереди на реинкарнацию?

— Да ты новичок видимо! Прогнило тут всё насквозь — бюрократия и коррупция!

— Это как? — удивился я.

— Да вот так! Раньше как было — жизнь пострадал, карму накопил и можешь в богача переродиться или там эльфийку грудастую, кошкодевку с хвостом пушистым и всю жизнь разврату предаваться…ммм, да! Я бы ух…я бы дааа! А язычок какой шершавый у них знаешь? А гибкость! А? Представь: сам себе куда угодно достать можешь! — он блаженно закатил глаза и начал облизывать свои гнилые губы

— Ты это, не отвлекайся! — я привел его в чувство, кинув на голову ком земли.

— Ну да, че это я. Так вот, а сейчас эти крысы канцелярские знаешь че удумали? Заморозили накопительную часть кармы! Все твои бонусные страдания сразу в бюджет идут. И всем свежеумершим минималку начисляют, а еще ведь инфляция…

— Вот так тарабанишь всю жизнь шахтером — помираешь от взрыва газа в мучениях, и уже мечтаешь о новой райской жизни…а тебе шиш — и без масла! Переродят в собаку сутулую, и говорят ехидно: «радуйся, вон Петрову глистом внутрижопным выпало быть».

— Так, а куда бонусная карма из бюджета расходуется? — спросил я.

— Я ж и говорю — коррупция! Эти черти сговорились и своим все тепленькие места отдают. Вот помирает депутат — ему честь по чести положено тыщу лет говном несвежим перерождаться, а он супермоделью или лолькой няшной становится! Да где ж такое видано? Всюду блат!

— И что эти «блатные» предложили канцелярии за такой подлог? — спросил я.

— Так Канцелярия из тех же душ и состоит, каждый член выбирается на сто лет. По идее в нее должны попадать случайные души, проявившие себя в жизни полезными и добрыми делами. Но эти черти как-то умудрились влезть в этот процесс и всё извратить! Теперь все места заняты ворами, да мудаками различного пошиба! Вот они промеж друг другом и договариваются — своим тепленькие места, остальным — что попало!