Вот только было уже поздно, процесс я запустил, а дальше энергия действовала самостоятельно, так что через пять минут передо мной была личинка Карателя. Слабая, конечно, без навыков и моих знаний, но это всё же на голову лучше того, на что я надеялся. Хм, интересно, со вторым так же получится?

Поманив к себе Михаила, я всё ещё продолжал наблюдать за Олегом, но парень довольно быстро пришёл в себя и самостоятельно встал на ноги. На его лице было неверие, понимаю, в такое и правда довольно сложно поверить.

* * *

Десять минут спустя.

С Михаилом получилось так же, и теперь вместо магов у меня есть два возможных Карателя. Хм, а ведь я планировал отдать их сестре, чтобы та их тренировала, в этом мире не было гимназий для магов, каждый род воспитывал своих операторов энергии самостоятельно, переживая о своих секретах. Идиоты, так можно получить только одиночных бойцов, а вот армию не создать, как бы ты ни пытался. Этот вопрос тоже придётся взять на карандаш, рано или поздно и это исправим.

— Ну всё, поздравляю, вы теперь маги, — я улыбнулся, — правда, не совсем обычные маги, поэтому пока ничего не предпринимайте, я сам займусь вашим обучением. Да и нельзя вам несколько дней трогать силу, это может быть чревато последствиями, всё поняли?

— Да, господин, — парни поклонились, а я усмехнулся. Двое из ларца, по-другому и не скажешь.

— Тогда пошли наверх, нам тут делать больше нечего.

* * *

Особняк Никитина.

— Итак, господа, как вы знаете, завтра у нас дворянское собрание, — пригубив вино, барон с усмешкой глянул на собравшихся, — Муравьёв решил пригласить княжича Меншикова, что скажете?

— А почему должны говорить мы, — подал голос один из аристократов, — мне кажется, это вы, Никитин, больше всех знаете о Меншикове. Ведь именно вы вдвоём разделили имущество мёртвого Мстиславского. Ах да, прошу прощения, в этом ещё и церковь поучаствовала, судя по всему, — в голосе аристократа было столько яда, что можно было убить даже архимага, но барон лишь улыбнулся и покачал головой.

— Поосторожнее со словами, дорогой друг, — глаза Никитина блеснули, — хулить церковь — это верный путь в застенки инквизиции, и поверьте, оттуда вас не вытащит никто, кроме императора. Но вряд ли он знает о вас, — барон отсалютовал бокалом побледневшему мужчине, — итак, ваше слово?

— Да пусть приходит, — подал голос ещё один из присутствующих, — какое нам дело до него? Главное, чтобы он не лез в наши дела и не пытался кичиться своим родом, иначе мы быстро поставим его на место.

Барон улыбнулся, мысленно представляя себе эту картину, особенно после того, как он узнал о том, что произошло в особняке княжича. Граф Игнатьев не тот человек, с которым можно шутить, но Меншиков справился с ним, а значит, он сильнее, чем хочет показать. Тем временем на их импровизированном собрании началась очередная перепалка, и Никитину пришлось вмешаться, делая вид, что возмущён. На самом же деле чаще всего барон сам был инициатором такого, всё-таки «разделяй и властвуй» работало, причём безукоризненно.