Не знаю, что там с ним произошло, но терять этот шанс я не намерен!
Снова подняв правую руку и уперевшись ею в броневую пластину технобиота, я оттолкнулся от нее, снимая себя со второй конечности, и у меня получилось! Поглощенная копанием в себе тварь даже не заметила, что я освободился, а я, не мешкая, упал в люк стрелка, из которого меня биот почти что вытащил! Упал на что-то мягкое, шуршащее, бросил взгляд в сторону — это оказался еще один мертвец, в таком же камуфляже, как и другие ребята с продвинутым оружием. Вот на что значит я так неудачно встал поначалу…
Прошло уже две секунды. Сейчас должно рвануть.
Скорчившись на полу под задним сиденьем, я поднял голову, глядя в люк и понял, что ничего еще не закончилось. Биот уже пытался пролезть следом за мной, он уже просунул часть себя в маленький круглый лючок, и тянулся, тянулся ко мне, не переставая при этом ковыряться в себе маленькой, будто специально для этого выращенной конечностью!
Три секунды…
Наплевав на все, я схватил за одежду и потянул на себя труп, развалившийся на заднем сиденье. В глазах от натуги потемнело, в голове принялся стучать туземный там-там, но в итоге я смог кое-как, хотя бы наполовину, прикрыть тело трупом.
А потом был только звон в ушах и моментальная темнота…
И едва слышный голос механического суфлера.
Глава 24
Сколько времени прошло? Секунда, минута? Неделя? Год? Что я увижу, когда открою глаза — все тот же труп, которым я сам себя придавил, или апостола возле райских ворот? Хотя, собственно, с чего я решил, что попаду в рай…
Я снова лежу с закрытыми глазами, точно так же, как и когда впервые пришел в себя в этом мире, в котором живут бессмертные твари. Но, в отличие от той ситуации, сейчас меня никто не стремился пнуть меня по ребрам и заочно обозвать трупом, хотя по идее я сейчас должен быть в очень близком к нему состоянии. А еще — у меня ничего не болело, и даже, кажется, все конечности слушались приказов. По крайней мере, когда я попробовал согнуть пальцы на всех конечностях, по-прежнему, не открывая глаз, это получилось без труда.
Что ж… Я жив. С этим придется смириться. А то, что я не чувствую боли — так я ее и в последнюю минуту боя с биотом не чувствовал тоже. Это не показатель.
Придется открыть глаза. Даже если я увижу перед лицом мертвеца, которым прикрылся от осколков гранаты, даже если я снова окажусь в салоне бронированного джипа, даже если окажется, что прошла всего секунда, что никакого чуда не произошло, и через полчаса я все равно истеку кровью или задохнусь из-за пневмоторакса — надо открыть глаза. Хотя бы для того, чтобы узнать обо всем этом.