Короче, мне нужно туда, где люди пьют спиртное.
— Отличная идея, я бы тоже выпила, да нельзя пока. — Скит снова показала глазами на руку. — Пойдем, нам по пути, но только на пороге кафе я тебя оставлю, мне туда идти незачем, я лучше к медику потороплюсь.
— Добро. — кивнул я, пародируя саму Скит.
Через пять минут мы дошли до наклонно уходящего под землю кирпичного коридора, освещенного яркими лампами. Железная, крашеная голубой краской дверь, была распахнута настежь и даже подперта камешком, чтобы ветром не захлопнуло.
— Тебе вниз. — кивнула Скит. — Только не ввяжись ни во что, пожалуйста.
Я хмыкнул в ответ и принялся спускаться по бетонным ступеням вниз.
Глава 17
Спускаясь по лестнице, я уже нарисовал себе образ помещения, которое сейчас предстанет передо мной. Прокуренное помещение со стенами из нештукатуренного шершавого бетона, несколько висящих с потолка на голых шнурах лампочек. Столы высотой по грудь, сделанные из деревянных поддонов, положенных на мятые бочки. Несколько сомнительных личностей, прячущих лица либо под капюшонами, либо в клубах сигаретного дыма, все увешаны оружием так, словно на войну собрались. Люди настолько мутные, что даже при беглом взгляде становится понятно — каждый из них просто напичкан тайнами и кусками информации, сложив которые воедино можно сказочно разбогатеть или очень мучительно сдохнуть. За барной стойкой, цельнолитой из бетона, так, что можно в крайнем случае использовать ее как укрытие даже от очень плотного огня, стоит хмурый бармен, сложив руки на груди и гоняя из одного угла рта в другой пожеванную зубочистку. На стойке перед ним стоит несколько мутных бутылок и вскрытые, уже подернувшиеся пленкой застывшего жира, консервы.
Хрен знает, почему именно такая картинка нарисовалась у меня в голове — не иначе, мой механический суфлер постарался. Я-то сам понятия не имею, как выглядят бары, да и слово-то это само собой из меня вырвалось, на автомате. Вполне возможно, что здешний бар будет под стать всему остальному поселению — милый, пушистый и добродушный.
Реальность оказалась примерно посередине между тем и этим. Стены подземного помещения действительно были из бетона, а стойка действительно представляла собой цельнолитую конструкцию, судя по всему, когда-то бывшую стеной, теперь стесанной до половины высоты, но вот все остальное…
Вместо свисающих с потолка лампочек бар освещали лампы дневного света, расположенные вдоль верхних углов, а столы были хоть и простоватые и явно сделанные своими руками, но никак не из бочек и поддонов, а все же из досок. Да и публика была под стать — в баре находилась всего трое мужчин вполне благообразного вида. Один — в оранжевой кепке, бордовой рубашке и зеркальных очках, второй — в белой футболке и обычных очках, третий — с блондинистой коротко стриженой башкой, и в серой майке. В руках у каждого было по рыжей алюминиевой банке и они ежеминутно прикладывались к ним в полном молчании. При этом ощущения напряженной атмосферы, какой-то ссоры или разлада между ними, не ощущалось — почему-то становилось понятно, что они действительно так расслабляются.