Правда она была открыта.

Денвер зашел внутрь, поманив меня за собой, мы прошли короткий коридор и шериф зазвенел связкой ключей возле простой деревянной двери, украшенной жестяной звездой. Открыв ее, он посторонился, запуская меня внутрь, и зашел следом.

Кабинет шерифа оказался небольшим и почти всю его площадь занимал большой, просто огромный оружейный шкаф, во всю противоположную стену. Еще в кабинете был простой шкаф, для бумаг и книг, письменный стол, пара стульев и небольшой продавленный диванчик.

Шериф зашуршал чем-то в ящиках стола, я же пока снял с плеча коротыша MP5. Думал просто положить на стол, но…

Пока я смотрел в своей голове мультики, показывающие, как следует поступить, руки автоматически отсоединили магазин, дернули затвор, поймали вылетевший из патронника патрон, еще несколько раз дернули затвор, выжали спуск, направив ствол вертикально в потолок, вызвав сухой щелчок, и только после этого позволили оружию лечь на стол. Лишний патрон занял свое законное место в губках магазина, и он расположился рядом с пистолетом-пулеметом.

Аналогичные действия я произвел со вторым стволом, при этом я попытался осознанно остановить программу, которую выполнял мой организм, и заставить себя просто положить автомат на стол. Получилось — оружие легло на стол, как есть, но внутри при этом поселилось неприятное ощущение неправильного и небезопасного.

Дважды за пять секунд поймав себя на том, что руки все равно тянутся к автомату, я плюнул на все и позволил организму выполнить весь комплекс действий по полному разряжанию оружия. Только после этого руки перестали чесаться, а где-то на границе сознания перестала моргать тревожная красная лампочка.

Что интересно — оружие, которое я решил оставить себе, почему-то не вызывало у меня такого жгучего желания. Наверное, именно потому, что я его оставлял себе и мог не опасаться того, что через секунду после сделки оно кажется направленным мне в спину. По крайней мере, теперь это не окажется неожиданным — щелчок входящего в шахту магазина, и тем более — лязг затвора предупредят меня задолго до подлого выстрела.

С одной стороны, конечно, как вообще можно ждать нападения от этого суррогата ковбоя, который даже собственный револьвер носит в кожаной глубокой кобуре, из которой он его выуживать будет целую вечность, если вдруг что…

С другой стороны — если моя паранойя спасет мне жизнь хотя бы один раз, ее стоит делать каждый раз.

А, может, даже уже и спасла. Просто я этого не помню.

Денвер же всего этого даже не заметил — так и копался в столе, и наконец, когда я уже заскучал, он вынырнул из ящика, держа в руках стопку нарезанной бумаги.