Во время службы какую только дрянь не доводилось пить, но местный напиток даст фору даже чистому спирту. В голове зазвенело, а я вдруг вяло подумал, что в последний раз ел ещё утром. Веки налились тяжестью и я осторожно, словно боясь промазать, прилёг на землю.

Сознание плавало в алкогольном дурмане. Перед глазами мелькали картины древних руин, ужасные чудовища и эпизоды недавнего боя с тёмным магом или воином, кто их разберёт? Под тихие разговоры наёмников я очень быстро провалился в крепкий глубокий сон. Донза укрыл моё неподвижное тело одеялом, но этого я уже не почувствовал.

Утро началось с чудовищной, просто разрывающей череп головной боли. Я открыл глаза. Закрыл. Снова открыл и несколько минут собирался с силами, чтобы сесть. Ощущения были как после многодневного запоя. Рот настолько пересох, что я не мог до конца его закрыть. Язык распух и безжалостно царапал нёбо. Я вспомнил о пропущенном ужине и еле сдержал стон.

Мысли о еде спровоцировали настоящую бурю во всём организме. Желудок умолял не пихать в него ничего или он вернёт это обратно. Мозг требовал новую порцию энергии. Остальные органы пребывали в прострации после шоковой алкогольной перегрузки.

Я с огромным трудом сел. Отбойные молотки в висках чуть сместились и начали безжалостно долбить в затылок и темя. Голова весила в несколько раз больше обычного и постоянно норовила упасть набок. Твою мать! Вот и нахрена я вчера пил? Ведь два глотка же всего!

В таком состоянии меня и застал мерзко улыбающийся Ротхар. Я уже предчувствовал бесконечный поток острот по поводу вчерашней попойки. От объёма выпитого до моей вполне закономерной реакции. Но воин сумел меня удивить.

— Держи, — он протянул мне небольшую чашку с густой жижей.

Я принюхался и едва не проблевался. В ноздри шибанула омерзительно кислая вонь какой-то невообразимой дряни. По измученному сознанию ударил целый спектр запахов, и я даже не возьмусь сказать, какой из них был хуже.

— Что это? — сглатывая вязкую слюну и отодвигая подношение подальше, простонал я. То, что я говорил на другом языке, ничего не меняло. Смысл вопроса был и так понятен

— Тухлая моча вайюров, — предельно серьёзно ответил Ротхар, — Пей давай, а то ещё двое суток в таком состоянии пробудешь. Кашгир на пустой желудок лакать это тебе не браги хлебнуть. Хорошо, что не отравился ещё.

— Сам пей мочу эту, — прохрипел я в ответ и снова отодвинул протянутую чашку. В этот момент я был полон решимости сдохнуть, но не уступить, — Мне бы воды.

В этот момент, как божественное сияние, на меня снизошло откровение. Прямо под боком хранился источник драгоценной влаги. Я судорожно схватился за свою флягу, но Ротхар перехватил мою руку и снова подсунул мне вонючую жижу.