Армия была увеличена до пяти с половиной тысяч человек. По тысяче воинов располагались в крепостях и городах на северной, южной, восточной и западной границах империи и полторы тысячи — в столице. Четверть в каждой тысяче составляли лучники. Я научил ремесленников изготавливать несложные составные луки. Раз в два года проводился набор крепких подростков лет двенадцати-тринадцати из разных племен. В специальной школе неподалеку от Куско их обучали в течение двух лет разным воинским навыкам по специальностям: копейщики, лучники, пращники, метатели дротиков. После учебы выпускники распределялись по гарнизонам. Стать воином было мечтой любого жителя империи. Это и почетный статус, и зарплата выше, чем у ремесленника, и доля от добычи, и карьерный рост. Армия была единственной структурой, где можно подняться по социальной лестнице.
Коммунизм я дополнил христианскими заповедями вместе с парой собственных: не убий, не укради, не прелюбодействуй, не лги, не ленись. Как ни странно, они прижились. С нарушителями разделывались быстро и жестоко, разбивая голову дубиной или камнем.
В итоге все в своем социальном слое жили примерно одинаково и примерно счастливо. Натуральный обмен правил бал. Золото и серебро служили для ритуальных целей и изготовления символов власти для старших руководителей. Эквиваленты денег использовались только во внешней торговле, которая вся была в моих руках, как и добыча и распределение еще одной «валюты» — соли, выпариваемой на «соляных террасах», которые уже работали вовсю. Через чиновников я раздавал соль всем поровну, а предметы роскоши — только знатным людям согласно их статусу, который определялся занимаемой должностью.
Следующими благими деяниями, реализовавшимися не так быстро, как мне хотелось бы, была прокладка дорог во все уголки империи. В основном их делали крестьяне в межсезонье, но на основных направлениях им помогали горожане, которых нанимали за счет казны. Так же усиленно занимались ирригацией, подводя воду к неосвоенным землям, а потом сооружали там террасы и рядом жилые дома, которые постепенно занимали переселенцы.
Долина Морай уже была покрыта концентричными террасами. Как мне заявили жившие там люди, так было всегда. Я там завел что-то типа института селекции, где отобранные из разных мест, лучшие из крестьян занимались под присмотром чиновника выведением новых сортов разных сельскохозяйственных культур. Потом семена раздавались в другие поселения, в первую очередь переселенцам. Через несколько лет мои поданные начнут собирать с террас намного большие урожаи.