— Это понятно, — согласился Крот. — Но зачем Ларус это сделал? Он же знает Конана, знает, что Конан с ним за это сделает! Где логика у этого поступка?

— Видимо, рассчитывает, что Конан никогда об этом не узнает, — сказала Белка. — Старик же предупреждал Боба, что мы не должны сбежать. Понимают, что им это с рук не сойдёт. А если нас отправят на обратную Сторону в этих ошейниках, то что можно предъявить Ларусу? Что мы потерялись в лесу?

— Меня больше интересует — какая гнида нас опять сдала? Откуда-то ведь они узнали, что у нас блокировки нет, — злобно пробурчал Тузик.

— Всё равно это гонево какое-то! — возмутился Крот. — Как можно кого-то в рабстве держать? Один рес и ты дома! С нас же эти ошейники снимут рано или поздно. Иначе, как мы работать будем?

— Не всё так просто, — грустно сказал Мангуст. — Есть специальные магические приблуды, которые не дают игроку погибнуть. Специальный ошейник раба, например. Ну а если кому всё же и удастся в рабстве ласты склеить, для того придумана другая фишка: с первого дня рабов заставляют менять место приписки, и после реса они появляются уже в доме того, кто их купил. А тут уж погибай — не погибай, только лишняя трата времени.

— А если отказаться менять приписку? — задала Белка довольно наивный вопрос.

— Есть варианты заставить, — усмехнулся Мангуст. — Хочешь узнать, какие?

Белка лишь отмахнулась. В бараке повисла тишина, и в этот момент распахнулись двери, и помощники Злого Боба втолкнули внутрь пятерых девушек.

Четверо, из вновь прибывших, испуганной кучкой встали недалеко от порога и затравленно вглядывались в темноту барака, дожидаясь, пока их глаза адаптируются к скудному освещению. Все они были первого уровня, без боевой экипировки и очень испуганные. Все девушки были, как на подбор, красавицы с модельными фигурами.

Пятая девушка разительно отличалась от остальных. Она тоже была красива и лицом и фигурой, но на этом всё сходство между ней и остальными четырьмя заканчивалось. Пятая была двенадцатого уровня, по экипировке больше походила на воина-наёмника, хоть и не имела при себе оружия. Она, не дожидаясь, пока привыкнут глаза, прошла и села на пол, прислонившись спиной к стене барака.

— Хватит трястись, — прикрикнула девушка-воин на своих спутниц. — Тут вам никто ничего плохого не сделает. Погодите пару дней. Потом вкусите по полной!

Нельзя сказать, что такие слова сильно успокоили девушек, одна из них вовсе начала рыдать навзрыд. Белка поднялась и подошла к ним.

— Не бойтесь! — Она обняла плачущую девушку и прижала её к себе. — Тут все такие же, как вы, пленники. На полу валяются циновки и матрацы. На них можно отдохнуть.