Трусость или глупость этого воина спасла Мангуста. Не успел он отразить атаку снаружи, как внутри, лишённый правой кисти и меча воин, левой достал кинжал и ударил Мангуста почти в спину. Один удар и полоса жизни уменьшилась ещё на четверть. Лишённый рук арбалетчик тоже не отступил, он прыгал вокруг и пытался пинать боевого хомяка. Урона это нанести не могло, но он надеялся сбить Мангуста с ног. Ведь такая мелочь, как падение обороняющегося и секундная потеря концентрации, могла позволить нападавшим переломить ход боя.

Самурайским разворотом Мангуст разрубил воткнувшего в него кинжал воина пополам. Эльфийский меч творил чудеса, кроша противников, словно это были не люди, а восковые фигуры. Даже не переведя дыхания, Мангуст сделал следующий рывок, и голова арбалетчика покатилась по полу в сторону дверного проёма, в который уже лез очередной нападавший. Отрубив просунутую в проём руку с обоюдоострым топором, Мангуст по футбольному изящно пнул голову арбалетчика. Та вылетела наружу, и боевой хомяк с удовлетворением слушал, как она с грохотом катится по полу лавки. Тотчас же послышался уже знакомый грубый голос:

— Кончайте ерундой страдать! Зовите магов!

Мангуст сразу же понял: теперь он долго проход не продержит. Обычная магия простого воина, не прокачанная на особые заклинания, большого вреда через стену нанести не могла. Нужна была очень мощная концентрация и способность видеть сквозь предметы, чтобы наложить на Мангуста персональный дебаф. Также можно было просто пробить в стене мощным файерболом большую дыру и в неё уже полезть всей толпой. Но для всего этого был нужен боевой маг, а таких ребят на простые задержания не берут. И от того, сколько времени потребуется нападавшим, чтобы притащить в лавку такого мага, зависело: удастся или нет, хомякам убежать.

Тузик тем временем в нижней комнате продолжал тыкать своим топором в лавочника. Арлен кричал, стонал, но не вылезал.

— Ты чего делаешь? — спросила Белка, глядя на это бесполезное действо.

— Да щас вальну его, он реснется на кровати, и возьмём тёплым, ответил Тузик.

— Сдурел? — испуганно воскликнула глава клана. — А если у него сейчас на очереди длинный рес или ещё какая-нибудь фигня? Давайте уже думать, прежде чем делать! Так его вытаскивай!

— Вылезай, урод! Всё равно же достану! — злобно зарычал Тузик, пытаясь сам протиснуться под невысокую кровать, словно прибитую к полу кровать.

Лавочник не вылезал.

Крот подошёл к Тузику, чтобы посмотреть насколько основательно закрепился лавочник в своём убежище, и попытаться самому пролезть под кровать. Комплекция у Серёги была для этого дела более подходящая, по сравнению со здоровяком Береговым.