Худой неожиданно рассмеялся и очень долго не мог остановиться, было видно, что он невероятно гордится своей шуткой. Возможно, произносил её не впервые. Смех его был резким и писклявым, и не очень-то ему подходил. Но зато он смеялся искренне и от души.

«Лучше бы ты так не ржал, — подумал Серёга, глядя на шутника. — А ещё лучше не юморил бы так по-тупому».

«Серый костюмчик» к тому времени отсмеялся и продолжил:

— Каждый из вас получил предложение по сокращению срока наказания, и каждый проявил заинтересованность. Поэтому мы пригласили вас на эту встречу, чтобы всё объяснить в деталях. Но сначала хочу остановиться на ваших статьях. Они разные, но их объединяет то, что все вы, помимо прочего, были осуждены за причинение материального ущерба. Причём в крупном размере. А кто-то в очень крупном. И сроки у вас разные. От семи лет и выше. У некоторых намного выше. По закону каждый из вас имеет право на условно-досрочное освобождение после отсидки примерно трети срока. Но есть нюанс! — худой опять неприятно ухмыльнулся. — Помимо этого, необходимо возместить причинённый ущерб! И если отсидеть треть ещё есть шанс, то вот с возмещением ущерба всё не так уж и радужно. Мы все понимаем, что в колонии-поселении на фабрике по производству зубочисток или чапельников это будет не так-то легко сделать.

Худой выдержал паузу, дав всем присутствующим время и возможность осознать их ничтожество, и продолжил:

— Мы почти подошли к главному, но прежде чем я продолжу, позвольте представить вам Антона Олеговича, вашего возможного благодетеля и вероятного спасителя!

«Серый костюмчик» торжественно указал на «мажора», который улыбнулся и слегка приподнял правую ладонь в некоем подобии приветствия. Парня в униформе никто представлять не спешил.

— Что-то мудрёно ты зачёсываешь, особенно про благодетеля, — перебил здоровяк. — Давай ближе к делу!

— Вы куда-то торопитесь, гражданин Береговой? Хотите назад в камеру к ужину успеть? Так сильно понравились тюремные макароны? — вопрос остался без ответа, и «серый костюмчик» продолжил: — Меня зовут Филипп Петрович. Как я уже сказал, шансов отработать тот ущерб, что вы нанесли, и следовательно выйти по УДО, у вас нет!

— Ну мало ли, — в этот раз не удержался Серёга, его начал раздражать этот высокомерный тип. — А, может, и отработаем. Смотря, сколько будут платить.

— Тоже верно, гражданин Кротков! — как-то слишком радушно и поэтому неприятно сказал Филипп Петрович. — Причём лично Вас, Кротков, я могу поздравить! Сумма ущерба у Вас самая маленькая! И если на пошиве тапочек или лесоповале Вам пришлось бы Ваши пятьдесят пять миллионов отрабатывать примерно пятнадцать — двадцать жизней, то на той работе, куда Вас должны отправить, это можно сделать лет за сто. Платят там хорошо.