— Всё давно готово, главное — порядок не перепутать, — ответил Филинов, перед которым лежало три сигнальных пистолета. — Как обстановка наверху?

— Пока соваться рано, — ответил я, но заметив выжидающие взгляды всех собравшихся, со вздохом продолжил: — Твари отчаянно сопротивляются, но осталось недолго. Пара часов.

— Десяток ночей ждали, одна роли не сыграет, — довольно пробурчал Василий, развалившийся вдоль стены. Даже матрас себе не постеснялся притащить. Впрочем, я тоже себе в удобствах не отказывал и сидел на стуле из столовой.

— Переносите раненых. Тварям в любом случае сейчас будет не до нас, так что выходить будем под прикрытием, хоть и с боем.

— Так все здесь уже, господин комиссар. Остался только Михалыч, но он от станка отходить отказывается. Говорит, надо доделать что-то, — прогудел Иван.

— И чего Белков застрял? — спросил я, но Быков лишь пожал плечами. — Ладно… в ближайший час ничего не изменится, так что сам спрошу.

Отозвав Пака, я дождался, пока дрон спустится, свернул провод в катушку, посадил дрона на плечо и пошёл вниз. Некоторые хотели бы, чтобы я сидел на смотровой позиции круглые сутки, но возражать никто не посмел. Как-то так получилось, что после смерти Боброва и Семёна я остался за старшего. Формально таковым был княжич Борзых, но он не вмешивался в мои дела, а я поддерживал его, когда было надо.

Да и обязанностей у меня не то чтобы много осталось после перехода в разрушенный бункер. Ведь что комиссар должен делать? Следить за моральным обликом бойцов. Не клоун-аниматор, но близко. С этими поговори, с этими пошути, этих пристыди и осади. Наряды вне очереди и дежурства тоже были, но без отправки в КПЗ как-то обошлось. А после переезда как-то обошлось только чтениями.

Данила же больше занимался своим копьём. Оставшиеся в живых были все примерно его возраста, может, даже младше. Хотя, блин, они мои ровесники по факту, и жили в мире смерти, но умудрялись вести себя как подростки. Только гибель Семёна как-то повлияла на княжича, заставив измениться. Да и то не сильно.

Белкова я нашёл там, где и ожидал — в подполе, за оружейным верстаком. Он что-то мастерил, да так увлечённо, что даже не заметил моего прихода.

— Говорят, ты отказываешься уходить, — произнёс я, заставив инженера вздрогнуть и чуть подскочить в своей кресле-лежанке. — Что тебя так увлекло?

— Да так, — пробормотал Михалыч, прикрывая телом оружие на столе.

— Что бы ты ни делал — пора заканчивать. Скоро уже уходить, надо собираться и перемещаться наверх. Что до оружия, есть шанс, что оно нам не понадобится, и мы сможем уйти под прикрытием пушек. Так что…