Вот он был, а вот — исчез. Их точно не могли убить, зомби лишь через секунду хлынули на то место, где стояли паладины. Паладины не могли спрятаться или стать невидимыми — слишком плотно со всех сторон их окружали враги — не протолкнуться. А значит, оставался лишь один вариант.
— Их телепортировало… — не веря прошептал я.
— Плохо, значит, нам сейчас не выйти, — неожиданно проговорил Данила. Я так увлёкся, рассматривая поле битвы, что не заметил, как княжич подошёл ко мне вплотную. — Ну, что там?
— Паладины исчезли, остальные погибли, — не став сглаживать углы, ответил я. — Уходить в крепость нам не с кем.
— Блин! — Данила ударил себя по колену кулаком и тяжело вздохнул. — А если бы мы им помогли…
— То вообще ничего не изменилось бы, — сурово припечатал я. — Там было несколько тысяч гомункулов и, по крайней мере, шесть сотен стрелков. Нас осталось пять десятков, двадцать — раненые, пять — тяжело. Не понимаю желания бросится на убой.
— Верно, не дворянин — вот и не понимаешь,— зло ответил княжич, и развернувшись ушёл вниз. Я же остался наблюдать за происходящим.
В следующие полчаса казалось, что ничего не происходит. Твари вновь собираются в кучи и бегут на штурм. Старшие продолжают свою жатву.
И пока Сара не указала мне на изменения в кадрах съёмки, я даже не обратил на них внимания. Зато, когда мне показали, куда смотреть, заулыбался во весь рот. Не сдержавшись, бросил пост и с глупым выражением лица спустился в подвал к остальным.
— Эй, Старый. Ты что, двинулся что ли? — испуганно спросил Иван.
— Ты как со старшими по званию разговариваешь? — не прекращая ухмыляться, одёрнул я его, и Быков тут же склонился. — А вы все, чего рожи такие кислые?
— Так, Паладины же ушли, — удивлённо уставился на меня Манулов. — Нам княжич Борзых всё рассказал.
— Ну, ушли и ушли. Зато кое-кто другой к нам идёт! — довольно сказал я, и когда убедился, что даже раненые повернулись в мою сторону, продолжил. — Несокрушимая крепость возвращается. Всё, для нас Бедствие сегодня закончится!
Глава 12
— Ну кисонька, ну ещё капельку, — бормотал я, глядя на то, как неспешно приближается Несокрушимая крепость. Очень, блин, медленно! По километру в час. Убегала она значительно резвее. Правда, нужно учитывать, что они не просто шли, а выжигали любое сопротивление. Толпы тварей, что ещё недавно казались бесконечным морем, ужались, рассеялись, и сейчас выглядели блёкло на фоне надвигающейся громады.
— Что с сигналами? — чтобы хоть как-то отвлечь себя от наблюдения, спросил я у собравшихся на втором этаже.
Новость о том, что Несокрушимая возвращается, подняла дух всем, и теперь бойцы собирались покидать разрушенный форт. Не то, чтобы у нас было много вещей, когда бежали из передового капонира, брали только самое необходимое. Но это было общее состояние «собираться», нетерпение выбраться, жажда свободы и окончания постоянного стресса в окружающем кошмаре.