За те полтора часа, пока мы ехали обратно в центр, я успел набросать небольшой план, который сводился к техническому обеспечению и всему, что мне для него нужно. Список получался настолько внушительным, что в обычной жизни я бы просто плюнул и пошёл комиссаром в инквизицию, на полное обеспечение.

Но суровые будни мира-крепости диктовали свои условия, а живой металл под управлением духа открывал такие перспективы, что я просто не мог от них отказаться. Но в первую очередь нужно было разобраться с напарниками, что прикроют мне спину.

— Добрый вечер, ваше благородие. Прошу прощение, что встречаю в таком виде, ноги ещё не… — с порога начал оправдываться Михалыч, когда я постучал в дверь. — Поздравляю с получением баронского достоинства.

— Не суетись, пожалуйста, а лучше присядь, — сказал я, и суровая жена главного инженера тут же подсунула под него стул. — Я знаю, что у тебя сейчас всё не просто, а потому хочу предложить перебраться в башню Борзых, там у вас будет две своих комнаты равных по площади этой квартире. Безопасных.

— Зачем нам бросать своё⁈ — тут же возмутилась Белкова. — Это наша квартира, мы в ней всю жизнь…

— Вы сами обсуждали, что платить вам за аренду нечем, — спокойно напомнил я. — А ситуация критическая. И так уж вышло, что у меня есть жильё и необходимость в инженере с сидячей работой, который способен скрупулёзно контролировать все обозначенные процессы. Я могу поискать его из заводских, но вам я доверяю.

— Да куда ему в инженеры?.. — начала сварливо Белкова, но неожиданно замолчала под его суровым взглядом.

— Господин барон, а вы уверены, что… я потяну ваши потребности? — спросил Михалыч, глядя на меня снизу вверх. — Я никогда не был нахлебником, с раннего детства привык всего добиваться сам, честным трудом, и не собираюсь брать плату за просто так.

— Всё в порядке. Тебе, конечно, придётся освоить новые знания на рабочем месте, но главные твои навыки, которые по достоинству ценил и командующий подземной крепостью, и сумел узнать я, станут тебе подспорьем, — спокойно разъяснил я, а затем, подумав, добавил: — Чтобы не было потом слов о манипуляции, сейчас я сделаю одну вещь. Будет очень больно, но должно сработать. Дайте ему в зубы какой-нибудь кляп и обезболивающего.

— Что вы такое планируете сделать⁈ — воскликнула Белкова, преграждая мне путь. — Пусть сам он и не может сопротивляться, но я вам не позволю!

— Ты мне веришь? — строго спросил я, и Михалыч кивнул.

— Отойди, пусть барон делает, что считает нужным, — проговорил инженер, а затем закусил костыль и кивнул.