— Просто сделала? Как дышать или ходить?

— Ходить! Да. Правильно! Вначале мне было очень сложно, я не понимала как, и представила… я представила! Это так удивительно!

— Значит, у тебя появилось воображение?

— Скорее пространственное мышление, очень похоже на атавизм инженерного модуля, только с более широкими возможностями и неопределёнными функциями, — с долей сомнения и восторга проговорила Сара. — Но воображение… я столько об этом читала и сейчас… Столько всего… раньше всё, что я знала, было лишь набором данных, а два дня назад начало обретать смысл.

— Я очень за тебя рад, — пробормотал я, подумав, что это может быть куда сложнее, чем я себе представлял изначально. Цифровой ассистент, получивший самосознание во время бунта, теперь получил… что? душу? Это было бы слишком хорошо и одновременно слишком странно.

Хотя в этом мире всё странное. Более того, когда вокруг тебя сменяются не города или страны, а целые миры и вселенные, нет ничего невозможного. Правда, это «ничего» обретает в основном очень злобные формы, старающиеся пожрать твою плоть, жизнь, разум или саму душу.

— Значит, придётся учиться. Другого выхода я не вижу. Раз ты говоришь, что тебе нужно было лишь представить и пожелать, и ты это получила, значит, это должно действовать и с другими задачами, не только с моим сердцем.

— И что мы будем делать? У меня пока воображения не хватает. Воображения…

— Стоп. Не надо напрягаться, и тем более убирать плёнку с сердца, — предупредил я. — Идём к великой цели маленькими шажочками. Для начала давай разберёмся с интерфейсом.

— А что с ним?

— Я его не вижу, как и твою голограмму, — обозначил я одну из главных проблем.

— Оу, — смущённо замолчала Сара, и несколько секунд я не только не видел, но и не слышал её. А потом голос раздался уже не в ухе, а в голове. — «А так?»

— Ничего не изменилось, — посмотрев по сторонам, произнёс я, и в молчании прошло ещё около пяти минут, пока перед глазами появились первые строчки. — О, что-то вижу. Первые признаки есть.

«Я будто восстанавливаю удалённые файлы на фрагментированном диске, который забросили очень давно», — проговорила Сара.

— У людей это называется воспоминания.

«Значит, я вспоминаю? Это так неожиданно. Чувства, воспоминания…» — ассистент вновь замолчала, обдумывая происходящее. А ведь верно, даже я уже начинаю воспринимать её большим, чем просто программой в моей голове. Хотя и раньше она была куда большим, чем просто ассистент.

— Сосредоточься на восстановлении функционала, — попросил я. — Нужно вернуть хотя бы то, что имелось до абсорбции.