Я еще долго вглядывался в голубеющие дали, осматривая остров. Что-то в нем было не так, но я никак не мог понять, что. И только когда мой желудок гневно забурлил, я понял, что в сплошном лесном массиве не вижу прорех возделанных полей или лугов для выпаса домашних животных. Странно. То ли эти маги питались охотой, или просто магичили себе еду. Впрочем, с развитой телепортацией они могли поля держать в других землях, а может поля есть на другой стороне острова, или они вообще все покрылись деревьями, после экстренного превращения морской живности во флору и фауну острова. В любом случае, я со своего места видел лишь пару шпилей других крепостей, торчащих прямо среди джунглей. Дорога, да эти два строения, чьи крыши торчали из зеленого моря на пределе видимости, вот и все, что напоминало о том, что здесь совсем недавно была густонаселенная местность. Петы у нас сейчас сто восьмидесятого уровня. Полетать на них получится только уровней через двадцать, так что придется попросить Феню покатать меня на спине. Надо с высоты обследовать весь остров, чтобы иметь хотя бы приблизительное понимание о том, что и как здесь находится. Приняв это решение, я развернулся и отважно сиганул вниз со скалы.
Глава 19
Я лежал в гамаке, стараясь не шевелиться, перемежая стоны шипением и злобными ругательствами: приземление, после моего прыжка со скалы, прошло не совсем так, как ожидалось. Повторение подвига с прыжками со скалы из Аватара, где герой, хватаясь за листья, мягко приземлялся на землю, не состоялось. Оказалось, что если пролететь метров тридцать, то мягкие ветви стоящего внизу дерева, превращаются в твердокаменное препятствие, для большей убедительности дополнительно увитое лианами, густо поросшими шипами. И что за идиот придумал оплести ими ветви? Да еще и Пофиг этот… Кроме сломанных ребер и двух тысяч ссадин и царапин, мое тело скручивала смесь подагры с ревматизмом: этот гадский алхимик, специально ведь подсунул мне эту гадость прыгчую, и теперь мои разбитые от кенгуриных прыжков суставы ломило так, будто мне их отбойным молотком раздробили. Одно хорошо: сочувствующе вздыхающая Яра не отходила от меня ни на шаг, то протирая израненное тело влажной тряпицей, то накладывала излечивающие заклинания, то подсовывая мне кусочки очищенных тропических фруктов. Еще бы остаться с ней один на один, процесс выздоровления тогда бы пошел семимильными шагами. Тем более, что времени было завались: Феня где-то сожрал целого сухопутного кита, и теперь ушел в длительную спячку. Если подумать, не такая уж плохая идея, и я решил последовать его примеру. Глаза мои закрылись, и я погрузился в сон. К счастью, в комнату с бабой в стеклянном гробу я в этот раз не попал. Вместо этого я попал в другое помещение. Хотя назвать это помещением можно было с большим трудом: безразмерный зал походил на ангар для парковки десятка межгалактических космолетов. Круг пола был очерчен стенами, уходящими так высоко, что потолок терялся в непроглядной тьме, хотя зал и был ярко освещен. По колоннам красного гранита, уносящихся в недостижимую высь, бегали голубые блики, окрашивая кроваво-красную поверхность в мертвенно-фиолетовый цвет. Каменные чаши поставленные по периметру зала парили белесым дымом, наполняя воздух порами едкого наркотического зелья. Среди его клубов, в середине помещения завис светящийся полупрозрачный шар, диаметром не меньше тридцати метров. На его поверхности отчетливо были видны очертания материков, островов, океанов и морей этого мира. Этот титанический глобус тихо вращался вокруг своей оси, бросая повсюду голубоватые отблески, которые попадали и на стены, и на колонны, и на зависших рядом с шаром живых существ. Около изображения небольшого острова и побережья, ближайшего к нему материка, левитировал маг. Хрупкая фигура была облаченная в золотистую рясу, тяжелыми складками спадающую до кончиков пальцев ног и даже ниже. Узоры, по которым то и дело пробегали разноцветные искорки, покрывали его снизу и до самого верха. От природы бледное лицо мага, затенённое надвинутым капюшоном, местами почернело от старости, но блеск живых глаз и твердый, властный голос на стариковские никак не походили.