Пока мы с рабыней шли к стоянке гноллов, я отменил приказ о готовности дьяволов. В случае атаки Героя они мне не помогут, а если здесь завяжется бойня с орками, я обязан справиться лично. Иначе просто не смогу подчинить их народ и придется убивать больше, чем необходимо.

— Итак, чем Ор’римм тебе так насолил, что ты его столь люто ненавидишь?

Кроилла сжала челюсти, но это не было попыткой сопротивляться приказу, и ошейник никак не отреагировал на задержку.

— Он убил моего отца, — выдохнула рабыня, сжимая кулаки.

Вот как, подумал я. Возможно, мне удастся как-то это использовать, в конце концов, Ор’рамм — всего лишь первый среди равных. Орочьи кланы пусть и не так многочисленны, как имперские, однако каждая семья подчиняется своему вожаку, а уже их совет назначает старшего над всеми. Само собой, гноллы в этом празднике жизни не участвуют, их роль — прислуга.

И это несмотря на то что настоящие рудознатцы — именно парни с лошадиными головами. Однако, насколько понимаю, по какой-то причине им то ли не доверяют ковать металл, то ли они этого не умеют. В любом случае на гноллах держится вся добыча, а вот обработкой занимаются только орки.

— У тебя большой клан, Кроилла? — уточнил я, проигрывая в голове возможные сценарии.

— Нет, после того, как Ор’рамм напал на наш клан, нас осталось очень мало, — отведя взгляд в сторону, ответила рабыня. — Мой отец не хотел сотрудничать с Империей и собрал несколько единомышленников среди членов совета вождей. В итоге Ор’рамм приказал уничтожить двух из трех в наших кланах.

— А вот это уже интересно! — не стал скрывать я, хлопнув себя ладонями по коленям. — Скажи мне, Кроилла, ты хочешь отомстить?

— Конечно! — зарычала она так громко, что с потолка посыпалась каменная пыль.

Стряхнув крошку с плеча, я хмыкнул.

— Тогда я хочу предложить тебе сделку.

На несколько секунд воцарилось молчание. Орчанка с недоверием глядела на меня, а я ждал, что же она решит. Понятное дело, я могу просто приказать ей выполнять любое распоряжение, однако должна же орчанка осознать, что свобода уже замаячила перед ее аккуратным носом.

— Чего конкретно ты от меня хочешь, дьявол? Разве я уже не в твоей власти? — спросила она, гневно сверкая глазами.

Я помолчал, глядя в огонь и потирая короткую шерсть, отросшую на подбородке. Интересно, в Зестолгое есть брадобреи?.. Давно пора привести себя в порядок. Впрочем, сперва все равно нужно разобраться с двумя первостепенными проблемами. Возможно, решение одной из них сидит прямо передо мной.

— Я предлагаю тебе самое ценное, что может появиться в твоей никчемной жизни, — заявил, медленно выговаривая слова. — Если ты не согласишься, вероятно, я не стану тебя убивать, но оставлю в ошейнике до конца твоих дней. Однако, — слыша ее яростное сопение, поднял глаза на орчанку, — если мы договоримся, я отпущу тебя прямо сейчас.