— Не стоит её приплетать к этой истории.

— Иначе нельзя. Ведь с неё всё и началось.

Акайо хотел возразить, но понял, что не может. Это была правда. Именно Ясу нашла малыша и привела в дом. Она любила его, желала счастья.

Мужчина не мог забыть просьбу матери. За пару дней до прорыва мору она попросила его позаботиться о Тсукико. Тогда Акайо только посмеялся. Принимать такое он не торопился. Но Ясу будто чувствовала приближающуюся смерть.

Теперь же у него нет иного выбора. Это было последнее желание женщины. И он злился, что та просила о защите подкидыша, а не родных внучек. Однако все понимали, что о них он позаботится обязательно. А вот у Тсукико никого нет, потому…

— Хорошо, отец, — Акайо поклонился. — Я сделаю это в память о матери.

— Эх, — вздохнул Джиро. — Тогда ступай. Твоя жена уже заждалась.

* * *

И чего они от меня хотят? Думают, что в свои семнадцать я выберу одну из сестёр и стану бегать с мелкими поручениями от клана? Конечно, нет. Вряд ли старик на это рассчитывает. Они просто не хотят отдавать Теруко и Ай в руки соседних кланов. А здесь подвернулся я. То ли палочка-выручалочка, то ли последний вариант. Но ни то, ни другое меня не устраивало. С одной стороны, приятно, когда такое говорят. С другой, чувствуется какой-то подвох.

Я ждал ужина у себя в комнате. Пока Шинджу готовила, у меня оставалось ещё около часа, чтобы перевести дух и пораскинуть мозгами. За окном уже стемнело. Убывающая луна бросала свои лучи на лежащий рядом меч. От этого лезвие начинало светиться ещё сильнее. От него исходило мягкое голубое сияние, заливая комнату. Я уже привык к подобному. Всё же оружие непростое. Вот только всё, что мне удалось узнать о боге Фуцунуси, это то, что он был богом мечей. Не самая заметная фигура в божественном пантеоне. Таких, как он, было около десятка. Каждый считался покровителем оружия. Разные кланы поклонялись разным богам. Но вот именно о нём уже давно никто не вспоминал. Ходила легенда, что верховный бог Эмма, свергший Отца, прогнал и Фуцунуси. Почему и куда, никто не знал. Но о покровителе воинов постарались забыть, как можно скорее.

С тех пор, как я показал оружие Джиро и Акайо, работать с мечом практически не получалось. Рано поутру, когда мой усатый учитель вызывал на бой, я с тоской смотрел на блестящее лезвие. Оно так и манило притронуться. Мне хотелось взять его в руки и разрубить какое-нибудь чудовище пополам. Но каждый раз, когда я пытался его поднять, казалось, что не смогу им орудовать ещё очень и очень долго. Силы не вернулись, и махать мечом, как раньше, не получалось.