— Да, — кивнул тот.

— Дай ему то, что скажет о твоих настоящих чувствах. Не нужно сентиментальностей. Но покажи, что ты воспринимаешь его как мужчину. Как достойного воина. И, возможно, как сына.

Ван засопел от негодования.

— Если тебе это претит… — заговорила женщина, но он её опять перебил:

— Нет, — Акайо сильнее прижал к себе жену. — Но есть ещё кое-что, о чём ты не знаешь. Возможно, Тсукико это не понравится.

— И что же? — Шинджу поднялась и удивлённо посмотрела на мужа.

— Девушка, которую он хотел привести в наш дом.

* * *

Мне не спалось. Не знаю почему. В душу закралась тревога, лишившая сна. Надвигалось нечто важное. То, что в который раз может кардинально изменить мою жизнь. Или наоборот, толкнуть её туда, где мне самое место. И я очень надеялся на второй вариант.

Стояла глубокая ночь, когда я выбрался на улицу. Тяжёлый меч лежал на плече. Но благодаря ежедневным тренировкам теперь хотя бы ноги не подкашивались от его тяжести.

Я выбрался на задний двор и встал посреди тренировочной площадки. Для нас специально вбили колышки, протянув между ними тонкие верёвки. Акайо говорил, что, сражаясь, необходимо чётко знать дистанцию, на которой стоит держать противника. Постоянно убегать — удел трусов. Потому необходимо биться до конца. Увиливать, уклоняться, но не выходить за рамки площадки. И со временем у меня начало это получаться.

Сейчас же я стоял один, осенённый лунным светом. Опустил оружие. Лезвие меча отливало голубым. Проведя по нему пальцами, почувствовал небольшой прилив сил. Словно свечение проникало в меня, давало то, что требовалось. Прикрыл глаза и набрал полную грудь воздуха. А потом резко выдохнул и взмахнул мечом, прокрутив его в руке.

Да! Он снова стал моим!

Распахнул глаза и уставился на оружие. Теперь я мог спокойно держать его в одной руке, вытянув перед собой. Внутри поднялась волна радости. Снова! Снова достоин! Казалось, что ещё немного, и меня захлестнёт эйфория. Но прошло несколько секунд, и мне удалось взять себя в руки.

Может дело в луне? Не зря же он называется лунным. Да и моё имя говорит о ночном светиле. Выходит, у меня появляются силы лишь после захода солнца? Хотя, когда мы возвращались с Ай, уже рассветало, а я всё так же мог орудовать мечом, как и несколькими часами ранее.

— Ладно, — пробормотал я под нос и разрезал воздух.

Раздался короткий свист, а от удара осталась лёгкая светящаяся черта. По рукам пробежала дрожь. Казалось, что меч вибрирует. От него исходила мощь, которую чувствовал даже такой дилетант в магии, как я. Клинок будто жаждал боя. Выплеснуть накопившуюся энергию. И только мне было под силу в этом помочь.