— Наслышан о тебе, Дэйчиро, — с усмешкой произнес Ишо Эдко, рассматривая мои сотни плетей, оценивая мою опасность для своей брони. — Интересно, я таких еще не убивал. Не разочаруй меня, трехстихийник.
Ишо облизнулся в надежде что я умру не так быстро, как все противники за его немалые года. Амайя говорила, что годы нисколько не ослабили её учителя и у меня есть шансы на победу против него только с психокинетикой. И его ни в коем случае нельзя подпускать к себе на расстояние рукопашного боя.
— Не вижу ничего интересного, — с ленцой произнес Хион. А я почувствовал как из моего предплечья хлынула кровь. Я с ужасом обнаружил дыру в моей броне, а внутреннее зрение так и не сообщило о том, что в меня на бешеной скорости вонзился металлический шарик, контроль которого я перехватил чисто интуитивно, не дав раздробить кости. А Хион продолжил свою неспешную речь: — Видишь, Ишо, врали нам, что демона нельзя победить, он жалок.
— Врали, — кивнул физик, соглашаясь со словами Хиона, и уверенно шагнул ко мне. — Ну что, Шосе, настало время умирать.
— Верно, только вот кто умрет покажет схватка. — Я сжал свой пулемет, умирать сейчас в мои планы не входило.
Конец первой части главы восемнадцатой.
Часть вторая Главы 18
Первый удар нанес психокинетик Хион. Металлический диск я смог засечь лишь по хлопку перехода на сверхзвуковую скорость, который возмутил пространство, благодаря чему я смог отследить, куда пошло движение диска с помощью внутреннего зрения. Перехват контроля не сработал, три из четырех плетей диск перерезал словно не заметив сопротивления. Лишь четвертой плетью я смог остановить диск и, мгновенно перехватив контроль, пустил его в уже мчавшееся ко мне воплощение стихии силы тела, Эшо Идэко. Но диск так и не достиг своей цели, владеющие работали слаженной двойкой и психокинетик играючи отклонил диск от спешащего прикончить меня напарника. Вести бой на расстояние было практически бессмысленно, Хион сильнее меня как психокинетик, бежать так же не было смысла, эти владеющие не будут за мной гнаться, а просто повернут к моим товарищам, что вот-вот должны начать бой. Нельзя отступать, я должен задержать этих владеющих и по возможности ослабить, а я… А что я, будь что будет.
Рывок вперед и вот физик уже в радиусе поражения плетями. Раскрученный до предела роторный пулемет выпустил рой смертоносных пуль, а плети потянулись к физику, неся на своих концах мои кумулятивные жала. В моей броне появились прорехи, я отбивался от дисков и шаров как мог, но вот уже два стальных шара засели в моем животе, а из шеи, пробитой насквозь, хлестала кровь. Но я не замедлился ни на мгновение, а стремительно пер на врага в лоб. Про Хиона я также не забыл, удлинённые плети понесли к нему кумулятивную смерть, к счастью он не смог перехватить контроль плетей, а как только пытался их перерезать своими снарядами кумулятивные жала тут же детонировали, разнося вокруг осколки, которые психокинетику также приходилось ликвидировать. Так монструозный физик лишился своего огнестрельного оружия, а его бок был оплавлен от взрыва из-за опрометчивых действий психованного психокинетика, что готов был сейчас расплакаться. Я постоянно сканировал силой манипулятора состояние моих противников: в голове психованного психокинетика сейчас творилось непонятное нечто. Он хотел вырвать свои глаза чтобы не видеть того, что я ещё жив. Монструозный же физик отломил штык и жаждал схлестнуться в рукопашном бою, и только старик ядовик сохранял ледяное спокойствие. Он как будто находился не с нами, а в другом мире, и постоянно что-то бормотал.