А пятьдесят первый просто стоял рядом и довольно сопел. Один его пушечный удар сделал весь поединок. Теперь парень отдыхал и с наслаждением наблюдал, как я отрывался на залитом кровью аристократе.

Если быть объективным, то засранец сам во всём виноват и заслуженно теперь отдувался. К тому же перемкнуло во мне что-то сегодня. Слишком много потрясений за один раз, вот и результат.

По ощущениям на сбитых костяшках кулаков совсем не осталось мяса. Но с каждым ударом вместе с болью по моему телу разливалось и опьяняющее тепло.

Я испытывал всепоглощающее умиротворение. Неожиданно в насилии я обрёл душевный покой.

Настолько обрёл, что Гершу даже пришлось вмешаться. Ведь пятьдесят первый так и стоял немного в сторонке, даже не думая меня останавливать.

Ещё немного моих усилий и Морис бы совсем закончился. И, несмотря на то что я рычал и брыкался, пока ковбой оттягивал меня от находившегося в глубокой отключке мага, я был ему искренне благодарен. Морис, вне всяких сомнений, нарвался и заслужил хорошую трёпку. Но смерть — это уже явный перебор. И за неё с меня бы спросили по полной — здравствуй, небо в клеточку. А может, даже и вовсе смертный приговор.

— С него уже хватит, — Герш продолжал меня удерживать, опасаясь, что если отпустит, то снова наброшусь за Мориса. — Сириус, достаточно. Дальше уже будет явный перебор. Себе только хуже сделаешь.

— Спасибо, — стрелок дал мне время немного остыть, и я был за это благодарен. — Можешь отпустить.

Ковбой не стал спорить или задавать лишних вопросов. Он разомкнул руки, освобождая меня из захвата, и отошёл чуть назад. Убедившись, что я действительно успокоился и не собирался добивать Мориса, Герш вернулся на свой диванчик.

— Ты ведь понимаешь, что это совсем не конец? — он провёл пальцем по полям своей шляпы, будто проверяя их остроту. — Будут и другие. Да и Морис тебе этого никогда не забудет.

— Ага, понимаю, догадался уже. Сначала Блэквуд, потом с тобой чуть не сцепились и потом припёрлось это чмо. Я для аристо как бельмо на глазу?

— Нет, бельмо не настолько сильно раздражает, — Герш засмеялся.

Из всех претендентов в академию, которых успел повстречать, я не поссорился только с пятьдесят первым. Но только по той причине, что он, во-первых, оказался с приветом, во-вторых, как и я, был из едва ли не самой низшей прослойки общества.

Ниже нас только бомжи да бродяги всякие, потому что они без кланов и были сами по себе. Вот такие дела.

— Говоришь, будут и другие? — я почесал подбородок.

— Поверь, скучать тебе точно будет некогда.

Молча кивнув стрелку, я тоже завалился на диван. Откинулся на спинку и прикрыл глаза. Мне нужно было перевести дух и собраться с мыслями. Но куда важнее было проанализировать стычку и осознать допущенные ошибки.