«Перед мамашей тут все ходят на цырлах, видимо», — понял я.

— А где матушка сейчас?

— У неё важные дела в городском попечительском комитете, — с придыханием ответил мажордом.

«Важнее, чем любимый сын? Однако!»

— Ладно, где там моя комната? — вздохнул я.

— Прошу! — размашисто показал Петрович на лестницу.

Резные перила из палисандра, красная ковровая дорожка, разные картины и фотографии на стенах и межэтажных проёмах — стиль был немного мрачноватый, но какой-то уютный, я с интересом всё это рассматривал, поднимаясь за Петровичем.

На третьем этаже свернули налево, мажордом достал ключ и открыл вторую от лестницы дверь.

— Проходите, Виктор Антонович, располагайтесь, это ваша комната! — показал он рукой, приглашая Виктора заходить. — Всё, что вам надо, внутри!

— Так, стоп — я что, буду под замком? — изумился я.

— Это для вашего же блага, Виктор Антонович! Матушке вашей виднее, не правда ли? — с легким придыханием вопросил Петрович.

«Дать бы ему по лысине», — покачал я головой, сдерживая эмоции.

Несколько секунд подождав, вошёл внутрь.

— Отдыхайте, дорогой Виктор Антонович, если вам что-то понадобится — телефон вон там! — показал куда-то налево мажордом, степенно поклонился и закрыл дверь.

Я услышал звук поворачивающегося замка.

«За-е-бись, приехал домой! Прямо под домашний арест! Я вообще отсюда уеду-то⁈» — стоя около двери, я начал оглядывать комнату квадратов на шестьдесят. — «Вряд ли я вечером с Хики куда-то там пойду при таких раскладах!» — понял совершенно ясно.

В комнате было два окна. Дверь была практически в правом углу по отношению к остальной комнате. Мой взгляд сразу примагнитился к компьютеру, стоящему ещё левее одного из окон, тоже левого по отношению к двери. Огромный ковёр посредине, два больших шкафа, два маленьких, пару столиков и трюмо, книжные стеллажи, парочка кожаных диванов и кресел, телевизор между окон, кровать с балдахином напротив него, но поскромнее, чем у Анжелики.

«Ага, вот и душ», — посмотрел я в дальний угол напротив окон, где виднелась кабина, слегка прикрытая красивой портьерой. — «Корявая расстановка, несмотря на шторы и портьеры», — заключил я, поскольку свет с окон падал как раз на кровать.

Вздохнув и разувшись, я неуверенно направился к компьютеру — стол был большой, удобный и явно профессиональный, кресло тоже было отличное. Нажав кнопку включения, я дождался меню загрузки и разозлился — нужен был пароль, которого я не знал.

«Ладно, хер с ним, пойду купаться», — решил я, подошёл к окну и начал рассматривать окружающую природу и забор где-то вдали — поместье было огромным по своей площади. — «Нахера был этот цирк с переодеванием?» — с раздражением раздевшись, бросил на ближайший ко мне диван вещи и в одних трусах пошёл в душ.