«Блин, за что он так со мной? Вот за что? Он никогда меня не любил, никогда», — девушка отвела взгляд и тяжело вздохнула — от обиды у неё чуть не перехватило дыхание, но слезинки всё же выступили по краям глаз.

— А если меня схватят? — чуть дрогнувшим голосом спросила она.

— Значит, ты не настолько хороша, как я о тебе думал. Выгонят тебя из «марковки», будешь на гражданке находить себе применение. Может, на ипподром устроишься — за лошадками ухаживать, — усмехнулся отец.

«Очень смешно!» — Иру покоробила эта его угрожающая ирония.

— Я сделаю, — через несколько секунд ответила девушка.

— Сделай — это в твоих же интересах! Ты сама выбрала такой путь, когда не послушала меня и не поступила в Академию МГБ, — прожевав кусочек стейка, произнес отец и пристально посмотрев на неё, холодно добавил: — И мужа себе найди, наконец, а то уже тошно слышать о твоих астральных подруженьках.

Ирина ощутила, как её щеки даже под макияжем покрываются краской.

«Наверно, я вся уже пунцовая», — с ужасом подумала она.

— Не подведи меня. Свободна! — отец взмахнул кистью.

— До свидания, — пролепетала Ирина.

Собравшись с духом, она встала и гордо взмахнув головой, вышла из индивидуального кабинета.

Чуть не плача от обиды, девушка пошла к выходу из ресторана, напичканного оперативниками госбезопасности — она сразу определила несколько человек из личной охраны отца за разными столами, да и сам ресторан назывался «Никольским» в честь старого названия Лубянкой площади и был самым дорогим и элитным заведением в Москве.

«Какой ужас! Неужели он настолько меня не любит и решил вот сейчас отыграться на мне за всё? И прямо перед моими экзаменами, когда я получу уже офицерские погоны и назначение на практику», — быстро проносились у неё мысли, пока она шла по тротуару, ловя на себе взгляды хорошо одетых прохожих.

Раздумывая про план, Ирина вообще не понимала, для чего это всё — что за контейнер, зачем вообще такие сложности с этой маскировкой и провокацией погони. Подойдя к перекрестку и оглядевшись, она поймала себя на мысли, что держит путь к штаб-квартире их семейной партии.

«Если он сказал про препараты, то объяснение может быть только одно — это что-то или ценное, или запрещённое, а насколько я помню, в опорнике патрульной милиции в северном Чертаново есть довольно мощные стационарные лимбоспектральные уловители, японские, кстати. А это значит, что проезжая вдоль опорника, а иначе там и не проедешь, прибор даст сигнал тревоги и за мной пустят один или два экипажа — ну зашибись, удружил папенька!» — с полной ясностью представила себе картину девушка, отчего у неё на несколько мгновений перехватило дыхание. — «Зачем это всё? Зачем так рисковать моей репутацией и карьерой? Почему так тяжело быть младшей в семье?» — ответов на эти вопросы не было.