Когда свернули в сторону «Золотого полиса» из переулка, то я утвердился в свой догадке — скорость набрали за несколько секунд.

— Прекрасные дамы, а куда мы всё-таки едем? — вежливо поинтересовался, когда стали на первом от дома светофоре, до которого доехали значительно быстрее, чем обычно с Анжеликой.

Стелла кашлянула и уставилась в окно, а Витковская немного повернула голову:

— К северу от «марковки» живет один интересный человечек, ещё из старой гвардии. Вот мы для начала и едем с ним потолковать, — пояснила она.

— Интересный чем? — я посчитал ответ не слишком информативным.

— Расскажи ему, раз он с нами, — слегка нервно сказала Стелла, не отворачивая голову от окна.

— Как скажешь, — произнесла Екатерина, замолчала и тронулась.

Я ощущал, что на этой машине можно набрать скорость под сотку за считанные секунды.

— Человек этот раньше, ещё в восьмидесятых, эмигрировал в Россию из Румынии, но как оказалось, работал на сигуранцу — как известно, в Румынии реальной властью обладает сигуранца, которая полностью контролирует королевский двор…

— Как у нас — госбез? — саркастично перебил её я.

Витковская недовольно вздохнула и даже чуть притормозила — как раз проезжали мимо «Золотого полиса», но был зеленый на светофоре.

— Держи карман шире, — спокойно ответила она и продолжила: — Так вот, дядечка этот очень многое знает по завязкам наших кланов в Европе, а особенно с Румынией, и поскольку он и наш человек — бывший агент…

— Двойной агент? — с интересом в голосе перебила её Стелла.

— Да, а как иначе? — не без удивления взглянула на неё Катя. — В делах разведки только так и бывает, да и отказаться он не мог — в девяностые годы наше ведомство держало за глотку очень многих в Европе, — как я отметил, это было сказано с ностальгией и легкой завистью в голосе.

Несколько секунд я молчал, сопоставляя известные факты и наблюдая из окна за стайками девушек-юнкеров в марковской униформе, которые направлялись по тротуару вдоль парка к зданию «Полиса».

«Как бы не привлекая внимания этих двоих узнать, получится ли сегодня или завтра увидеться с Лизой?» — сердце немного защемило, да и просто соскучился за сестрицей. — «А ещё те две сестры, одна из которых хочет со мной пошпилиться в воскресенье», — сразу же вспомнил я и остальной ворох проблем.

— То есть ты хочешь сказать, что события на ипподроме имеют какой-то европейский след? — спросил я, чуть подавшись вперед корпусом в сторону дамы-водителя.

«Классно у неё волосы пахнут, очень тонкий аромат тропических фруктов, но ощущается только вблизи».