— За любовь — ну её в пень, лучше без неё!

Стелла залилась смехом, прикрыв ладошками лицо.

— Определённо, — улыбнувшись офицеру, покивал я.

Мы чокнулись с ним, я опрокинул в себя стакан ароматнейшего вина, сразу же взяв кусок мяса с пиалы.

«Трезвый образ жизни мне здесь не грозит», — в голове уже был приятный туман.

— Любовь — она такая в наше время, с привкусом драмы, — отсмеявшись, промолвила Стелла и отсалютовав стаканом, немного отпила. — Думаю, Катька будет рада тебя видеть.

— Ну не знаю, — грузно усевшись на стул, заявил Валик. — Не хочу теребить душевные раны.

— Братец, какие раны, нафиг? Тебе девок мало, что ли? — с легким ехидством спросила Стелла.

— Девки — девками, а высокие чувства — это совсем иное. Тебе ли не знать, Монеточка? — с обманчивой теплотой в голосе поинтересовался офицер, откинувшись на спинку стула.

— Монеточка? — не удержался и переспросил я.

— Ну да — она же вся медная, разве не заметно? — захохотал Валик. — Это я придумал прозвище.

— Угу — гад! — засмеявшись, Стелла толкнула его кулачком в плечо. — Всю жизнь мне испортил.

Смеялись и шутили минуты две.

— Ладно, теперь — купаться! — объявил офицер.

— Что? Ты издеваешься⁈ — выпрямившись на стуле, раскрыла глаза Стелла.

— Сестра, ты что думаешь — я вас таких пьяных отпущу на машине? Карман держи шире!

— Водителя нам дашь, — еле ворочая языком, ответила Стелла.

— Не пойдёт! Купаться и отдыхать, а вечером поедете, — хлопнул в ладони Валик.

— У меня купальника нет, — зевнула мажорка.

— Значит — голая, — засмеялся Валик.

— Вот ещё, — вспыхнула мажорка и неуверенно взглянула на меня.

— Надо немного протрезветь, — я покивал.

— Дело говорит парень — отдохните, потом раздевайтесь и в воду! — Валик легонечко хлопнул ладонью по столу.

Купаться таки решили. Ещё минут сорок посидели в палатке и более подробно обговорили дело — Стелла пьяненько рассказала офицеру некоторые важные нюансы. После этого он пригласил нас освежиться.

Немного поломавшись, уже весьма пьяная мажорка разделась, оставшись в нижнем белье. Я разделся до трусов. Голова очень приятно и очень сильно кружилась, поэтому я с огромным удовольствием зашёл в воду — весьма прохладную, как оказалось, и немного пахнущую болотом.

«Это из-за камыша на том берегу — плохой проток воды, наверно», — подумал я.

Пару раз занырнул, делая небольшой заплыв — голова от этого очень прояснилась, вода очень бодрила.

Купались долго. Потом к нам присоединились ещё с десяток подчинённых Валика. Наплававшись, сели на песок, ещё немного теплый.

— Можно теперь в волейбол сыграть — два на два, — предложил офицер, усевшись на песке и массируя затылок.