Сквозь щель между дверью и косяком я наблюдал за обоими собеседниками. Лицо Мельникова выражало брезгливость, Игорь было красным от напряжения.

— Туманов не мог ничего знать об этом месте, ничего подготовить! Эти мнимые похитители на машине! Телефонный звонок. Туманов даже номера не знал. А все это мог знать только один человек. Которому очень нужны деньги.

Игорь замер, глаза сузились, он почему-то не испугался этих слов.

— Ну, и кто это? Кого вы подозреваете, Кирилл Петрович?

— Тебя! Это тебе нужны деньги. Сколько ты сегодня проиграл? Ну? Скажи!

— Не помню, рублей триста, — спокойно, даже с какой-то ленцой отозвался Игорь.

— Не триста рублей, а три тысячи двести рублей. Сколько ты всего должен? Это ты организовал это похищение Марины. Ты!

— Ну, да, я это сделал, — я вздрогнул от признания Игоря, который сделал его совершенно равнодушным тоном. — Перед свадьбой организуют мнимое похищение невесты. А я решил разнообразить день рождения жены и разыграть мнимое похищение. И что тут такого?

— Ты вообще понимаешь, что ты сделал, щенок! — Мельников побагровел, схватил Игоря за грудки, притянул. — Если бы ее не нашли, она могла бы там погибнуть! Ты видишь, в каком она была состоянии⁈

— Это ей в наказание, что изменила мне, — Игорь спокойно высвободился, подошёл к зеркалу, поправил воротник рубашки, одёрнул пиджак. Вытащив маленькую расчёску, аккуратно пригладил волосы.

— Изменила? С кем? — нахмурился Кирилл Петрович.

— С Тумановым, конечно, — проронил холодно Игорь, развернулся и оперся о раковину. — Вы что думаете, Кирилл Петрович, они там в сауне «Войну и мир» читали? Вот, я нашёл там пуговицу от пиджака. Посмотрите у Туманова одной пуговицы не хватает.

Я машинально бросил взгляд на свой пиджак и действительно заметил, что нижняя пуговица отсутствует, осталась только ниточка.

— Туманов мог там быть с одной из наших девочек. Ничего особенного.

— Да⁈ А запах духов Марины, а ее волосы везде?

— Даже, если так! Ты не имел права шантажировать меня! Подвергать опасности мою дочь! Я выгоню тебя к чёртовой матери!

— Неужели? — Игорь хитро ухмыльнулся. — Выгоните? Не боитесь этого делать?

— Чего я должен бояться? Какого-то слизняка, мудака? Ты должен знать своё место!

— А вы, Кирилл Петрович, должны понимать, что ваше место зависит от меня!

У Мельникова вытянулось лицо, отлила вся кровь. Он стал бледным, губы посинели. Взгляд его, устремлённый на Игоря стал бешеным.

— Что ты, щенок, имеешь в виду?

— А то, Кирилл Петрович, что вы забыли о тех делах, которые мы с вами проделывали вместе? Латунные болванки, из которых делали чеканки, вы дали разрешение на их вывоз. Ещё я припоминаю, как вы получили стройматериалы для своей дачи. Там, кажется, был декоративный наборный паркет, предназначенный для реставрации усадьбы в Абрамцево? А теперь он у вас на даче? Ну, очень красивый. Что? Забыли? Сколько раз вы давали разрешение на строительство нужным людям? В обход решения комиссии? Сколько? Я место инструктора потеряю, может даже в тюрьму сяду. Лет на пять. А вот вы, Кирилл Петрович, если захотите меня утопить, утоните основательно. Уйдёте на самое дно! Имейте в виду, если меня убьют, то материалы о всех ваших делишках уйдут прямиком в ЦК! И как это поёт ваш любимый Высоцкий? «Прошёл он коридорчиком и кончил стенкой, кажется».