Короче, пришлось наступить на горло собственной песне и отправляться патрулировать Муранский район, благо сегодня хотя бы не бор. И да, при всех габаритах Карла Кляйдершранка, он вполне помещался в стандартный околоточный экипаж, то бишь седанчик-электричку по типу роботакси. После брутальной «Урсы», конечно, весьма печально, зато здесь нет клетки на заднем сиденье, так что можно с комфортом расположить там Изольдочку. Звуконепроницаемой перегородки тоже нет — к сожалению! — так что с недовольным кошачьим концертом пришлось смириться. Опять же, рулить не надо, так что всё, что мне оставалось — это открыть окошко да высунуть из него локоть, опёршись на дверь. Голову пока не стал, и так неплохо. Ну и Изькины вопли ветром чуток назад сносит, мимо ушей. Эх, ну почему тут повсюду электрички? Нормальный двигун, ДВС который, сейчас бы пришёлся весьма в тему! Рыкнул бы, так рыкнул! Никакой кошачий мяв не сравнится с этой суровой машинной музыкой!

— Вообще-то, герр Вырубаев, домашнее животное при выполнении поставленной задачи — прямое нарушение служебной инструкции! — заявил мне первым делом Карл.

В смысле, когда мы добрели, обмениваясь уничижительными взглядами, из холла в гараж, а в нём уже и конкретно до нашей тачки. На сей раз нам достался экипаж «два-семнадцать», и никакого символизма я в этом номере не углядел. Ну не большой я специалист по нумерологии! Хотя здесь, на Тверди, она уже и не такая лженаука, как на Земле. Магия чисел ничуть не хуже любой другой магии, которая тут цветёт и пахнет. И к этому, кстати, привыкнуть сложнее всего. По этой причине я и не привыкаю — сработал психологический механизм защиты, и я просто пропускал будничные проявления всего магического мимо сознания. Можно даже сказать, дистанцировался и абстрагировался. Со временем это, конечно же, пройдёт, но пока вот так. Кстати, по этой же причине я гнал прочь воспоминания о семье, оставшейся в старом мире, и не предпринимал никаких попыток контакта с родственниками Клима-твердянского. Не к месту оно сейчас.

Однако же вернёмся к нашему барану… э-э-э… кхазаду!

— И чё? — парировал я его наезд неопровержимым аргументом.

— Не по инструкции же!

— Иди Сохатому об этом расскажи, — глумливо ухмыльнулся я. — Или вовсе пожалуйся! Он оценит!

— Мяу! — поддержала меня Изольда Венедиктовна из переноски.

Той самой, что болталась у меня на руке, но никаких видимых неудобств данное обстоятельство кошаре не причиняло. Надо полагать, на общем фоне это было самое меньшее из зол.

— И всё равно это нарушение! — упрямо буркнул Кляйдершранк.