Тут все просто, отмахнулся Сдвиг. Мать умерла, семья отказалась от блудного сына окончательно. Фроди постарел и завязал с набегами. Вот и пришлось скитаться по миру, искать счастья.

— Ты наемник, — догадался Вестас.

— Как и многие из вас, — отрезал Сдвиг.

Коэн вздохнул.

Сложно понять отца, решившего отречься от сына лишь по причине «неправильно» выбранной профессии. С рождения Сдвиг был воином, но никто не пытался в нем это разглядеть. Посредник задумался над тем, что родители пытаются лепить своих отпрысков по неким лекалам, делать из них подобия себя. Это глупо, наверное. В семье художника может родиться гончар, в семье корабела — берсеркер. Так бывает. А вот второго шанса на примирение жизнь может и не дать.

— Знатная похлебка, — похвалил кашевара Трибор.

Грорг благодарно кивнул.

— Знаете, — вдруг сказал берсеркер. — Я больше всего в жизни мечтаю о том, чтобы вернуться в Китовую Гавань. Я приеду к отцу и скажу: папа, ты был прав. Я не построил ни одного корабля, не посадил ни одного дерева. Я только черепа кроил да руки отрубал. И вот я здесь. Я пришел строить корабли и садить деревья. Прости меня.

Все притихли.

Никто не ждал от Сдвига такого откровения. И лишь Коэн усмехнулся в бороду. А ты молодец, парень. За годы скитаний ты кое-что понял.

— Доедайте похлебку, — нарушил молчание Грорг.

За спиной Коэна кто-то стоял.

Посредник ощутил присутствие и обернулся. Гримлиэль поманил союзника взглядом — нужно поговорить. Коэн отставил миску, встал со своего «насеста» и вдвинулся в сгустившуюся городскую тьму.

— Что случилось?

Они стояли в тени исполинского храмового купола. В Китограде произошли какие-то перемены — это посредник сразу понял.

—Жнецы пришли.

Внутри посредника всё похолодело.

— Уверен?

Гримлиэль укоризненно взглянул на собеседника.

— Обижаешь. Я хорошо знаком с работой жнецов.

— Сколько их?

Коэн понимал, что пять-шесть жнецов уложат половину собравшегося в Китограде войска. Если не всех. К счастью, жнецов во вселенной очень мало.

— Пока один, — неуверенно произнес магистр. — Но это не значит, что другие не подтянутся.

Коэн тихо выругался.

— Показывай.

Волшебники зашагали сквозь полуночный город. Тех, кто собрался у костров, они не тревожили. Жнецы не любят огонь. Эти порождения неведомых измерений охотятся в кромешной тьме, поодиночке вылавливая своих жертв. Пойдет кто-нибудь за угол отлить — и не вернется.

Не сговариваясь, маги зажгли набалдашники посохов. Во-первых, жнец сразу не сунется, во-вторых — ноги можно переломать в выбоинах китоградской мостовой.

Никто не знал, откуда явились жнецы. Если у этих созданий и была родная планета, они сами забыли, где это место находится. Жнецы странствовали по мирам изведанного космоса, спокойно перемещались в альтернативные вселенные и умели жить в измерениях, непостижимых для человеческого разума. Убить жнеца очень тяжело, поскольку при движении тварьискажает пространство. Эта черта роднит жнецов с тандрадианцами, но сходство тут же и заканчивается. Возможности жнецов гораздо шире, да и зверей они не приручают. Хотя можно ли назвать приручением ментальный симбиоз?