– У них было что-то серьезное?

– Да боже упаси. Если что и было, то давно и неправда. Свечку я не держала, я на тот момент только в школу пошла еще, но дыма без огня не бывает. Говорили об этом многие, а у Софико есть очаровательная привычка квохтать, как наседка, над теми, кто ей дорог. И когда Солнцева стали таскать менты… прости…

– Ничего.

– …Торадзе очень сильно за него впрягалась. Ну и алиби у него было железное: убить женушку лично Солнцев не мог, а связь с преступниками не доказали. Их вроде бы нашли?

– Не нашли. Висяк остался. Скажи, зачем Солнцеву было избавляться от жены? Неужели из-за Торадзе?

– Что ты! – замахала руками Алекс. – К тому моменту у Торадзе был новый фаворит, ее отношения с Солнцевым были забыты и похоронены. Если рядом с Солнцевым и крутилась какая-то баба, то не Торадзе, там и без нее желающих было много. Нет, поговаривали другое. Жена Солнцева болела, но прожить могла еще неизвестно сколько. Шептались, что он не хотел ждать, она ведь была из очень богатой семьи, единственная дочь какого-то важного чина из правительства. Ну вот, его жену убивают, Солнцев очень горюет, а потом получает назначение, становится важной шишкой, бывший тесть, видя такую безутешную скорбь, тащит его за собой в правительство. Так Солнцев становится чиновником, но тренировать не перестает. В прошлом году он вроде бы подал в отставку, говорят, что не по своей воле, а потом и вовсе исчез с радаров. Оказывается, он в Турции тренировал кого-то. Мне очень интересно кого.

– Я спрошу, – пообещал я. – Ты сказала, что вокруг него всегда крутилось много женщин?

– Ну да, – нахмурилась Алекс и будто отогнала какое-то очень неприятное воспоминание. – Солнцев был фигуристом-одиночником и после травмы начал тренировать парней, пары, а потом переключился на девочек. Успешно, ничего сказать не могу. Но репутация у него была… такая себе.

– Он приставал к спортсменкам?

– Не к своим, – произнесла Алекс с отвращением. – Свои были табу, они сами ради него были готовы из трусов выпрыгнуть, на что угодно шли, одна себя голодом заморила. Но своих он не трогал, а вот девчонки из других команд рассказывали гадкое. Он их всё на свидания звал, протекции обещал, и кто-то даже соглашался. Хотя он не сказать что обманывал, делал, что мог, давал дельные советы, что-то даже пробивал. Но, конечно, не за просто так. Если выстроить всех девчонок, с которыми он переспал, они протянутся от одного конца арены до другого.

– Тебе тоже предлагал? – тихо спросил я.

Алекс криво усмехнулась.

– Он предпочитал спелые плоды, а я была еще зеленой. Мне исполнилось четырнадцать, когда он испарился с глаз долой, и я еще не набрала свои формы. Уйди он хоть на год позже, я бы точно оказалась в его постели. Так что – нет, мне удалось проскочить мимо.