Развязав Анну, я взял её на руки и пошёл к выходу. Приоритеты нужно было расставлять именно так. А снаружи меня ждёт — ну, наверное, — Федот. Теперь уже можно подключить его, вдвоём быстро справимся.
Мишель и Эльвира всё так же были без сознания и не шевелились. А вот Златослава на полу я не увидел. Зарычал сквозь зубы:
— Твою мать!
— Что случилось? — пролепетала Анна.
Я не ответил. Выставив перед собой Щит, взбежал по лестнице, пинком открыл незапертую входную дверь. Ещё одна короткая каменная лестница, и мы оказались под мелким мерзким дождём, который наконец дополз досюда от Кронштадта.
Моя машина стояла там, где я её оставил. И Федот стоял рядом с нею — так, будто и не садился внутрь, словно часовой на посту.
— Федот! — крикнул я, шагнув навстречу и отменив Щит. — Там, внизу, Мишель и девчонка. Вытащи кого-нибудь, кто больше нравится. С девчонкой осторожнее, она…
Федот молча поднял пистолет, которого я сразу не заметил, уставился на меня стеклянными глазами и выстрелил мне в грудь.
Глава 27. Крыса
Среагировал я слишком поздно. Поздно было бы ставить Щит — пуля уже летела. И тогда я применил ещё одно заклинание из тех, что Платон буквально вколотил в меня во время летних тренировок.
Белое зеркало.
Я физически почувствовал, как пуля коснулась ткани моей куртки и исчезла. А в следующее мгновение Федот, взмахнув руками, повалился в лужу, подняв тучу брызг.
Анна вцепилась мне в куртку мёртвой хваткой. А над телом Федота поднялось какое-то красное марево и тут же рассеялось.
— Что ж за день-то такой, — пробормотал я.
* * *
Я держался за специальные накладки, преобразовывающие магию в кинетическую энергию. Машина летела по пустым мокрым дорогам, включать на такой скорости дворники не имело смысла — капли дождя расшвыривало по сторонам раньше, чем они успевали коснуться лобового стекла.
— Куда мы едем? — спросила великая княжна.
Она сидела рядом со мной, на пассажирском сиденье. На заднем, плечом к плечу полулежали-полусидели Мишель и Федот. Эльвира болталась в багажнике. Судя по изредка долетающим крикам, она очнулась и переживала не лучшие минуты в своей жизни.
— В надёжное место, — сказал я, входя в последний поворот. — К друзьям.
В больничный двор я влетел боком, машина едва не перевернулась. К визгу покрышек я прибавил клаксон. Когда выходил наружу, двери больницы уже распахнулись, и выскочили двое в белых халатах. Мужики, слава Господу.
— Двое лежачих, один тяжёлый, пулевое в грудь! — крикнул я и открыл заднюю дверь. — Позовите баронессу Вербицкую, срочно!
— Я здесь! — послышался знакомый голос, и по ступенькам крыльца, кутаясь в халат, сбежала Клавдия. — Кост... Константин Александрович, вы опять?..