— Ваня, на улице темнеет уже, девушку надо домой проводить, — заговорщицким тоном сказал Герасимов, но так чтобы и она слышала.

— Естественно, Анатолий Фёдорович, о чём разговор⁈ — сказал я, стараясь выдавить из себя улыбку. — Это же само собой.

Я постарался сделать вид, что сам хотел предложить, а он просто прочитал мои мысли. На самом деле такие мысли меня посещать даже не собирались, их в голове просто не было, полная пустота.

— Да ну, что вы, — засмущалась сразу девушка, стараясь скрыть свою реакцию за спокойной небрежностью жеста. — В этом нет необходимости, улица хорошо освещена. Да не так уж и поздно.

— Ну смотри, — сказал Герасимов, глядя то на меня, то на неё, наблюдая за реакцией, как естествоиспытатель за подопытными. — А то наш орёл долетит куда надо, ему только свистни.

Заведующий вышел из лаборатории, я неспешным шагом направился вслед за ним, Евгения вышла последней и закрыла дверь на замок. Анатолий Фёдорович нырнул к тому моменту в ординаторскую, а мы направились на выход. Сойдя с крыльца, я остановился и обернулся к девушке.

— Может, всё-таки проводить? — спросил я на всякий случай, хотя самого уже ноги еле держали.

— Спасибо за предложение, — улыбнулась Евгения, мне показалось, что в её глазах отразилась внутренняя борьба. — Но и, правда, не стоит. Иди лучше домой, отдыхай.

— Ладно, как скажешь, — кивнул я. — Тогда до завтра.

— Спокойной ночи! — сказала девушка и быстро зацокала каблучками в другую сторону, где была её улица и дом. Благо ей, действительно, было недалеко идти.

Тем временем мне на плечо спрыгнул горностай и коротко высоко мурлыкнул, словно приветствуя. Так как домой всё равно идти, я решил сделать это побыстрее и ускорился. Можно было бы вызвать такси, но ожидание может занять больше времени, чем ходьба, тут и в самом деле недалеко.

— Думаешь, надо было всё-таки проводить? — спросил я у горностая, который сидел у меня на плече, прижавшись пушистым боком к щеке. На мой вопрос Федя снова мурлыкнул, но я так и не понял, что это значит — да или нет? — Ладно, значит, в другой раз. А тебе она нравится?

— Мр-р-р! — сказал Федя, пристально глядя мне в глаза.

— Эх, купить бы где-нибудь словарь, чтобы переводить с твоего языка на человеческий, — вздохнул я. — Болтали бы с тобой долгими зимними вечерами у камина в родовом особняке. А может, в одной из резиденций в Сибири на берегу реки или озера. Я бы тебя научил на коньках кататься.

Я практически всю дорогу разговаривал с горностаем и мне было абсолютно плевать, как на меня смотрят случайные прохожие. Но Федя иногда отвечал мне разными странными звуками, так что со стороны могло показаться, что мы, действительно, разговариваем.